Дикая Лиза (Муж выходного дня)

Причем, сумка эта была не одна, и женщина попросту оказалось заваленной ими с головой.

Она попыталась выбраться из этого завала, но сначала нужно было освободить ногу, застрявшую между сумками и рваным обломком металла, похоже, автомобильной дверцей, но безжалостно кем-то исковерканной и нависшей дамокловым мечом над ее головой.

Но, несмотря на изматывавшую ее боль, она все же смогла увернуться от удара, когда потянула ногу вниз, и следом за этим движением, дверца рухнула на сумки, распоров, как лезвием, одну из них.

После этого, женщина окончательно пришла в себя. Правда, голова продолжала гудеть, как колокол, но она уже стала различать отдельные звуки. Перед этим они сливались в один, тревожный гул. А сейчас они распались на завывание ветра, шум деревьев и… тоненький плач, которые скорее смахивал на скулеж брошенного лохматой мамкой щенка.

Женщина насторожилось, и тотчас почувствовала, как набухла ее грудь от прилившего вдруг молока. Плакал ребенок, и она отреагировала на его плач гораздо быстрее, чем поняла, что на самом деле означают эти звуки.

Она передвигалась на коленях, потому что слабость не позволяла ей подняться во весь рост. Голова кружилась, тошнота подступала к горлу, но женщина продолжала ползти по направлению к источнику взволновавшего ее звука. Наконец она оказалась на краю того, что несколько часов назад было хвостом самолета. Совсем небольшой фрагмент его завис между двух гигантских кедров и зубчатой вершиной скалы. Кусок металла, все, что осталось от огромного воздушного лайнера, каким-то чудом удерживался на краю пропасти, а чуть дальше, зацепившись за ветку, висела верхняя часть детской прогулочной коляски, и в ней заливался криком ребенок.

Женщина все-таки поднялась на ноги. До ребенка было не больше двух метров. Но между ними лежала настоящая пропасть, а ей не на что было опереться, чтобы дотянуться до него. Она посмотрела вниз, где топорщился вершинами молодой ельник. Сквозь него проглядывали огромные глыбы базальта.