Диета для трех поросят

Интересно, почему Олеся уверяла, что я ничего не добьюсь от нее? Фаина Климовна производит впечатление пожилой, но вполне адекватной женщины и…

– О… А… О… А… – вдруг чуть ли не запрыгала хозяйка квартиры. – Лидочка! Господи, счастье-то! Скорей входи! Живенько, чтобы никто не увидел! Не бойся, я тебя спрячу! О… А…

Я растерялась, а Фаина Климовна схватила меня за плечо, втянула в небольшую прихожую, прижала палец к губам и сказала:

– Тсс! Не шуми!

– Хорошо, – тоже шепотом ответила я."

"– Лидочка, солнышко! Обними меня! – попросила старушка.

Ее лицо сморщилось, как печеное яблоко, на глазах заблестели слезы, руки потянулись ко мне. Я посмотрела на трясущиеся пальцы и нерешительно сказала:

– Фаина Климовна, вы обознались, меня зовут Таня.

Пожилая женщина застыла на месте, затем неуверенно спросила:

– Как вас величают?

– Татьяной, – повторила я.

– Значит, не Лидой?

– Нет.

Бабуля вздрогнула.

– Ты Лидочка Фомина? Ведь так?

– Жаль вас разочаровывать, но я Татьяна Сергеева.

Рогачева обхватила голову руками и тихонько застонала:

– Не Лида, не Лида, не Лида…

Мне стало не по себе.

Глава 10

– Давайте пройдем в комнату, – предложила я. – Вы, наверное, не одна живете?

– С Варей, – охотно ответила Фаина Климовна.

– И где она?

– Пошла в буфет. Сейчас шоколадку принесет! – по-детски радостно воскликнула старушка. – С помадной начинкой, она вкуснее марципановой. А ты какую любишь?

– Фруктовую, – поддержала я разговор.

– Лидочка! – ахнула бабуля. – Это ты! Не притворяйся. Какая большая выросла, красивая, полная. Загляденье, а не девочка! Хотя…

В глазах старухи неожиданно заплескался ужас.

– Я поняла… – зашептала она. – Ты убежала! За тобой гонятся! Иди сюда. Я тебя люблю! Неправда, что я просила тебя подальше запереть. Федор врет! Я всегда за тебя горой! Сюда, живо! – Не по-старчески бойко Фаина Климовна распахнула шкаф. – Скорей, залезай.

– Спасибо, не хочу, – запротестовала я.

И тут с Фаиной Климовной произошла разительная перемена – ее маленькая фигурка выпрямилась, щеки покраснели, глаза сузились.

– Сучка! – завизжала она. – За старое принялась? Марш на место, дрянь! Мне больше позора не надо! Чтоб ты сдохла! Что люди подумают?

Я быстро шмыгнула в гардероб. С психами спорить нельзя.

Внутри шкафа висело много одежды и витал аромат очень знакомых старомодных духов. Запах защекотал ноздри, я громко чихнула.

Замок дверцы щелкнул.