Дядя самых честных правил 6

Small wand сам прыгнул в ладонь из кобуры. Я выставил руку и мысленно нарисовал Знак. Анубис мгновенно считал его, наполнил силой, и на кончике small wand’а засветилась вязь деланной фигуры. Раз! Знак рванул к поднимающим ружья опричникам. Два! Оружие окуталось эфирной дымкой. Три! Порох в казённиках перешёл в нестабильное состояние и взорвался, разнося стволы на железные ошмётки.

— А-а-а-а!

Один горе-опричник упал на колени, прижимая руки к лицу. Другой бросил обломки ружья и попытался заползти под карету, дёргаясь всем телом, будто червяк.

А третий побежал в лес, громогласно вопя и размахивая руками.

Колбасов выпучил глаза и уставился на меня немигающим взглядом. Лицо его стало наливаться кровью, а губы сжались в гневе.

— Вы!

— Я, уважаемый, именно я. Будьте добры, освободите дорогу, мы торопимся.

— Вы никуда не поедете!

Полное красное лицо исказилось спазмом. Колбасов призвал Талант, вздрогнул всем телом и, взмахнув рукой, бросил в меня огненный всполох.

Мы с Анубисом сыграли трёхходовку почти на автомате.

Я отпасовал ему образ Знака, он наполнил его силой и отдал обратно, я принял готовый символ и швырнул магический щит навстречу всполоху.

Деланная фигура и Талантное заклятье встретились в воздухе, сплелись на мгновение и громыхнули с яркой вспышкой. Взрывная волна прокатилась по дороге, ударила мне в лицо и сорвала с Колбасова нелепую шляпу.

— Сударь!

Я выпрыгнул из дрожек на землю, выпрямился и с угрозой посмотрел на противника.

— Вы оскорбили меня своим бездарным и недостойным дворянина нападением.

Немедленно извинитесь, или я вызову вас на дуэль прямо сейчас.

Колбасов дёрнул подбородком, скривил губы и демонстративно сплюнул на землю."

"— Перед тобой, вошь, что ли, извиняться?

— Фёдор Апполинарьевич, вы не говорили, что у вас такие беспардонные соседи, — я обернулся к Ларину. — Придётся преподать этой деловой колбасе урок хороших манер.

— Что⁈ — Колбасов побагровел ещё сильнее. — Да как ты смеешь, мальчишка!

Он вскинул руки, и с толстых пальцев сорвался ещё один огненный всполох.

За такое дырявое заклятье покойная Диего выпорола бы меня вожжами. Я легко разбил его защитным Знаком и быстрым шагом двинулся к Колбасову. Рожу при этом постарался состроить самую зверскую.

— Вот тебе! Вот! Получай!

Колбасов продолжал швырять в меня всполохи, но с каждым разом они выходили всё менее убедительными. Последнее заклятье я даже не стал отражать Знаком, а позволил разбиться о защитную Печать на груди.