Дьявол носит чёрный

– За то, что ты без разрешения рылся в моих вещах? – она повернулась, чтобы взглянуть на меня, все такая же сладкая и лучезарная. – Чрезвычайно великодушно с твоей стороны."

"– Знаешь, не припоминаю, чтобы ты так же часто вступала в спор, когда у тебя имелся регулярный запас витамина D[16]. – Я прищурился, надеясь, что мое возбуждение не превратится в полноценную эрекцию, когда мы снова столкнемся лбами. И я сказал правду. Мэдисон продемонстрировала мне полную противоположность себя с тех пор, как я появился на пороге ее дома и попросил составить мне компанию в Хэмптонс.

Эта ее новая версия отражала часть подлинной личности, и меня бесило, что ее я так и не узнал.

Меня злило, что на самом деле она смешная.

И саркастичная.

И настоящая заноза в заднице, в самом причудливо-привлекательном смысле.

Но больше всего меня взбесило то, что она врала мне, скрывая себя настоящую.

– Тогда я хотела произвести на тебя впечатление. Но этот корабль уплыл.

– Больше похоже, что он затонул посреди гребаного океана.

– Что ж. – Она пожала плечами, прижимая к груди красно-фиолетовое платье, выбирая наряд на день. – Именно ты отправил его навстречу шеститонному айсбергу посреди океана. Не смей забывать об этом, Чейз.

Я натянуто улыбнулся и спустился вниз, чтобы сломать на кухне что-нибудь ценное. Сломить Мэд, как я понял, больше не представлялось возможным. Она стала другой. Сильной.

Еще несколько часов, и мне больше не придется ее видеть.

* * *Мы стояли в вестибюле, персонал переносил наши чемоданы к «Тесле», когда Джулиан сделал свой первый шахматный ход.

Я предвкушал это все выходные, пытаясь распознать игру, ради которой он приехал. Не то чтобы я жаловался: Джулиан и Эмбер – ходячие катастрофы, но зато я всегда готов уделить больше времени Козявке.

Замечание Джулиана про шесть баллов – абсолютный бред. Даже в свои худшие дни Мэдисон заслуживала все двенадцать. Она не только безупречно красива, но и сексуальна, подобно тем женщинам, кому вообще не требовалось беспокоиться о своей привлекательности.

Что Джулиана в ней раздражало, так это то, что Мэд оказалась равнодушна к цифрам на его банковском счете и к костюмам от «Армани». Она была той, кого называли постфеминистками. Девушка с менталитетом «мы-можем-это-сделать», прокладывающая собственный путь в мир. У него, напротив, менталитет «пусть-это-сделает-дворецкий». Очевидно, они напоминали масло и воду. Но если он думал, что я сорвусь, услышав, как он оценивает ее в шесть баллов, его ждал сюрприз.