Дьявол носит чёрный

Его голос пронзил воздух.

Я вздрогнула. Меня не волнует мнение Чейза, но я ненавидела то, что все остальные стали свидетелями того, как я напилась сегодня вечером, и что Джулиан швырнул это в лицо моему фиктивному жениху.

– Я знаю, что ты там. – Голос становился ближе, ниже. Мой ужин забивал горло, умоляя очистить желудок. Зная, что дверь плотно заперта, я поспешила к унитазу, подняла сиденье, и меня стошнило. Все мое тело содрогнулось, когда желудок избавился от того немногого, что я съела сегодня вечером.

– Надо было нанять на эту работу какую-нибудь студентку, – пробормотал он себе под нос за дверью, резко дернув ручку.

Веселье в пьяном виде невозможно, когда поблизости находится такой придурок, как ты.

Меня продолжало тошнить. Слезы стекали по влажным щекам, змейкой спускаясь ко рту, их соленый вкус оставался на языке. Я ни разу не напивалась. Должно быть, я волновалась сильнее, чем думала.

Завтра, в десять утра, нам предстояло отправиться в семейный поход.

– Мэдисон!

– Оставь меня в покое. – Я поднялась, чтобы почистить зубы. Добралась до раковины и свалилась обратно на пол. Давление в голове не позволяло открыть глаза. Слова Джулиана крутились внутри, словно белье в стиральной машине. Шесть баллов. Я оказалась мучительно заурядной и чувствовала себя не в своей тарелке.

Я предприняла вторую попытку добраться до раковины и попытаться почистить зубы, когда Чейз выбил дверь.

Этот идиот выбил дверь.

– Ты… ты глупый… – Я прищурилась, пытаясь найти подходящие слова. И провалилась. Чейз подошел ко мне, поднял меня с пола и поставил возле раковины. Затем открыл кран и принялся умывать мне лицо, проводя своей большой ладонью по носу и рту.

– Закончи мысль, Мэд. Чувствую, будет занятно, – бесцветным голосом произнес он, доставая мою зубную щетку из серебряного контейнера на раковине и щедро нанося на нее зубную пасту.

– Высокомерный… надменный… эгоистичный…

– Не-а. Использовать синонимы запрещено. Это жульничество.

– Ублюдок! – взревела я.

– Вот теперь мы куда-то продвинулись.