Дьявол носит чёрный

Я протиснулся в свой кабинет и сел за стол. Джул последовал за мной. Когда дело касалось его, я необычайно гордился своим самообладанием, но у всего есть пределы. Чутье подсказывало мне, что сегодня я их достигну.

– Итак? – Я включил ноутбук, не удостоив Джулиана взглядом. На моем столе стояла свежая чашка кофе, и я сделал глоток. – Ты ждешь королевского приглашения от Виндзоров или все же до ланча сумеешь объяснить, в чем дело? – Для большей выразительности я сделал вид, что смотрю на свои «Ролекс». И тогда заметил, что он держит в руке толстую стопку бумаг.

– Я рассказал всем о Ронане. О неизлечимой стадии рака. Что ему осталось жить всего несколько недель, – произнес он. Мой взгляд метнулся вверх. Джулиан держал голову высоко, хотя его нижняя губа дрожала. – Это не имеет никакого отношения к нам. Я люблю Ронана как отца, но он не может делать вид, будто ничего не происходит. Эта компания кормит тысячи семей, которые заслуживают знать о текущем положении дел.

Мне сложно поспорить с его логикой, но я, черт возьми, готов его распять за то, что он рассказал об этом остальным.

– Ты не имел никакого гребаного права, – прорычал я, чувствуя, как теряю самообладание. Я больше не мог сидеть сложа руки и позволять ему действовать. Я сыт им по горло.

– Неправда. Мы все были обязаны уведомить компанию, но никто не хотел этого делать, поскольку мы остаемся преданными Ронану. Потому что мы любим его.

Я собирался заявить, что, судя по его поведению, Джулиан никогда не любил моего отца; затем он положил мне на стол листок.

– Ронан не желает менять свое решение по поводу должности генерального директора. Поэтому это сделаешь ты. Откажись от наследства.

– Ты в своем уме? – я поправил галстук. – С какой стати мне это делать?

– Потому что… – начал он, но я жестом оборвал его на полуслове.

– Дай угадаю: ты попытаешься объявить мне вотум недоверия. Будь уверен, я опережаю тебя на несколько шагов. Каждый, кого ты пытался настроить против меня, уже позвонил мне и сказал, что тебе следует вернуться к своему лечению.

– Нет. – Он покраснел, в гневе сжимая кулаки. – Потому что…

– Мэдисон и Итан? Из-за этого дерьма? – я откинулся на спинку, издав металлический смешок. Разговор про Итана все еще напоминал долгую прогулку по аду босиком. – Мы с Мэдисон помолвлены. Каждую ночь я провожу у нее. Из-за ее собаки мои костюмы выглядят так, будто сделаны из коричневого меха.