Дьявол во плоти

— Я послал сообщение его светлости ранее этим вечером, — ответил Итан, — как только узнал, что Макрей ранен. — Он повернулся к Кингстону, слегка нахмурившись. — Сэр, я думал, что ясно дал понять, в вашем присутствии нет необходимости.

— Дал, — спокойно подтвердил Кингстон. — Однако в свете того факта, что всего за пару ночей парня успели сначала порезать, а потом поджарить, как баранье седло, очевидно, моё участие всё-таки требуется.

Из гостиной к ним вышел Люк, видимо, услышав, как приехал герцог.

— Здравствуй, дядя Себастьян.

— Кто-то напал на мистера Макрея в переулке вчера вечером, когда он шёл ко мне на ужин. Я послала за доктором Гибсон, чтобы она наложила швы, — неохотно объяснила Меррит."

"— Когда он шёл к тебе на ужин… — повторил Люк и бросил на неё мрачный взгляд.

Итан посмотрел на герцога с плохо скрываемым раздражением.

— При всём уважении, ваша светлость… — Он сделал паузу, подыскивая слова.

После нескольких напряжённых мгновений Кингстон коротко вздохнул.

— Рэнсом, все знают, что после фразы ""при всём уважении"" никто не говорит ничего уважительного. Выкладывай как есть.

— Хорошо, сэр. В данный момент ваше участие только усложнит ситуацию. Для всех заинтересованных сторон будет лучше, если вы отправитесь домой и дождётесь моей весточки.

Герцог смерил его холодным взглядом.

— Ты прекрасно знаешь, почему я этого не сделаю.

— Он может быть и знает, — взорвалась Меррит, — зато я — нет, и мне бы хотелось, чтобы кто-нибудь объяснил, что вы скрываете.

— Я не имею права распространяться на эту тему, миледи, — с извиняющимся видом ответил Итан.

Она повернулась к Кингстону.

— Дядя?

— Моя дорогая, пока нечего рассказывать, есть одни лишь неподтверждённые подозрения. Я бы предпочёл не обсуждать их сейчас. — Герцог переключил внимание на Итана. — Рэнсом, что ты выяснил на месте пожара?

— Это был поджог, — тихо ответил Итан. — Пожарный инспектор нашёл выброшенные канистры из-под керосина у дороги между складом и хранилищем для экспортных товаров.

Меррит начало трясти от ужаса и ярости.

— Зачем кому-то желать ему смерти?

— Пока не знаю, — ответил Итан. — Но выясню. А пока ему нельзя здесь оставаться.