Дядя самых честных правил 5

Ножа у него не было, и орк-учитель принялся пальцами распутывать верёвку, держащую мою правую руку. Секунды ползли с медлительностью улиток, узел не хотел развязываться, а пальцы у меня на руках начало покалывать. Да, да! Пусть Анубиса так и не дозваться, но хоть деланная магия будет со мной.

— Сейчас, сейчас, — тяжело дышал орк, сжимая зубы от боли, — вот, готово. И другую постараюсь.

Представив, сколько это займёт времени, я дёрнул головой. Одной руки мне хватит, чтобы сделать Знаки, а там и сам освобожусь.

— Помоги Боброву.

Апполинарий кивнул и, всхлипывая, пополз назад. Похоже, с ногами у бедняги совсем худо. Но ведь держится, старается помочь — настоящий герой, однако.

Рука слушалась отвратительно, через боль, но это меня не остановило. Указательным пальцем я начертил прямо на земле Знак Циркумфлекса и улыбнулся, чувствуя, как подо мной прошла дрожь. Пусть попробует теперь активировать свои связки изгнания.

Не глядя, я нарисовал в воздухе средним пальцем Знак огня. Совсем маленький, с крохой энергией, но настоящий.

Продолжая на ощупь рисовать Знаки, я повернул голову, чтобы видеть схватку Диего и Кижа.

Они дрались молча. Одежда на Киже дымилась, лицо почернело от сажи, а волосы на голове сгорели. Мертвец, отмахиваясь от боевой магии палашом, всё ближе и ближе подбирался к испанке. В тонком дрожащем мареве вокруг Кижа я узнал собственную силу, ту, что влил в него недавно.

* * *Киж не успел. Испанка вдруг сменила тактику, выдав из ладоней столп ослепительного света. Марево силы растаяло, и он грудью поймал заклинание. Удар снёс его с ног, отбросив на добрый десяток шагов. Диего двинулась к мертвецу, пытающемуся подняться, на каждом шаге бросая в него комки ослепительного света.

Особая церковная магия? Да как бы не так! Обычное заклятье, вроде всполоха, а сияет из-за прицепленного магического конструкта, достаточно простенького. Какие хитрецы эти инквизиторы — даже заклятье приспособили для пиара, мол, божественным светом уничтожаем врагов.

Бум! Бум! Бум!

Кижу не суждено было подняться. Последний комок света оторвал у него руку по локоть и перевернул обессиленного мертвеца на спину.