Девушка из нежной стали

– Думать уже поздно, а поспать было бы в самый раз! – рассмеялась Вика и обратилась к маме, не глядя на Егора: – Ребят, шли бы вы отсюда!

– Да, да, – засуетилась Вера Николаевна, – тебе надо отдыхать! Степан, идем!

Степка чмокнул маму, еще разочек погладил по щеке и метнулся к бабушке.

– Мамочка, выздоравливай! – махнул он на прощание рукой.

– Егор Дмитриевич, – сказала Вика, – вас так же касается моя просьба покинуть помещение!

– Я слышал! – ответил Егор, не двигаясь с места.

Вера Николаевна со Степкой вышли, и мама аккуратно закрыла дверь за собой. Егор сел на край кровати и стал расшнуровывать свои туфли.

– А чтой-то вы там делаете? – поинтересовалась Вика, приподнявшись на локте.

Егор снял туфли, наклонился над лежащей, вытащил из-под нее покрывало, взял Вику на руки, передвинул в глубь кровати и лег на бок рядом. Он накрыл их обоих многострадальным покрывалом, уложил ее голову на свою руку и обнял другой рукой.

– Хочу пообниматься с тобой! – пояснил он свои действия.

Вика отодвинула голову на подушке, чтобы лучше видеть его лицо."

"– Егор… – начала она весьма решительно, но он перебил:

– Я соскучился и очень устал за тобой гоняться!

– Я что-то не заметила, чтобы ты особо гонялся! – усмехнулась, сбитая с решительности, Вика.

– Ах, значит, вот чего ты хотела, чтобы я тебя ловил! – изобразил озарение Егор.

– Нет, – призналась Вика. – Я очень надеялась с тобой не встретиться!

– Почему?

– А ты хотел со мной увидеться, чтобы обсудить, в какой садик лучше отдать Степку?

– Нет. Я хотел увидеться, чтобы сделать тебе предложение руки и всего, что к ней прилагается, – ответил Егор.

– Вот поэтому я и убегала! – Вика снова попыталась говорить решительно: – Егор, это глупо и неправильно! Ты, конечно, очень благородный и все такое, но мы испортим жизнь себе и Степке, если поженимся!

– Почему? – опять спросил Егор, разглядывая Вику.

– Господи, ну зачем ты спрашиваешь? Ты же сам знаешь!

– Вик, я тебя люблю, выходи за меня! – останавливая ее красноречие, предложил Егор.

Вика смотрела на него и ничего не отвечала, а у Егора замерло сердце.