Девушка без имени

Она дошла туда уже совсем поздно, посреди ночи, почти засыпая на ходу. Но ведь обещала своему богатырю еду, значит, обещания надо держать.

– Правда, хоть это и горько осознавать. Сережа – свидетель моего позора. Я не хотел уходить, потому что у вас нет ключей, а я боялся… я… не хотел… – Иван запнулся, не зная, какими словами можно объяснить поточнее его вчерашнее состояние. Хандра? Глупость несусветная?

– Сережа – это, конечно, серьезный аргумент, особенно учитывая, что он начал вашу бутылку еще до того, как я ушла.

А вы, как я понимаю, ее потом прикончили. – Голос Ирины звучал насмешливо, но не зло. Иван посмотрел на нее: веселая, посвежевшая, с оголенными плечами – совсем другая. Никакой печали.

Господи, как же он рад, что Ира вернулась!

Это было так ощутимо – физическая радость гормонами растекалась по его крови. Именно это-то Ивана и удивляло, и ставило в тупик. Ну почему он радуется как дурак? Ну, вернулась незнакомка. Ну, напекла каких-то блинов с корицей, от одуряюще-вкусного запаха которых он проснулся.

Ну, выжала ему сок.

Прекрасное пробуждение. Если бы не похмелье, конечно.

– Ну хорошо, рассказывайте, как можно уйти в магазин, а вернуться только к утру. Хоть продуктов-то купили? – припер ее к стенке Чемезов, заставляя себя сердиться и сохранять суровый вид. Ирина невозмутимо продолжала накрывать на стол, а затем, налив себе полную чашку ароматного кофе, она уселась на стул напротив, поджав ноги под себя, и улыбнулась.

– Вы обещали не задавать мне никаких вопросов, помните?

– А вы обещали вернуться через десять минут, – ехидничал Чемезов.

Естественно, она ни черта ему не ответила. Так, значит! Появляется когда захочет, исчезает на долгие часы, выключает его новости. Укрывает его пледом, но ни слова не говорит о том, где была. И о чем думает, когда по ее одухотворенному лицу вдруг пролетает тень?

– Давайте-ка завтракайте. И расскажите, какие у вас планы на сегодня. Нужна ли я вам.

– Вы? Мне? – с преувеличенным возмущением воскликнул Иван.

 – С чего вы взяли?

– Рисовать? – вытаращилась она на него. – Портрет?

– Ах, это? – смутился он и тут же уткнулся в тарелку с чудными блинчиками.

– Да, это, – посерьезнела Ирина. – Интересно, а вы о чем подумали?

– Давайте начнем заново, – попросил Иван примирительным тоном. – У меня болит голова, я плохо соображаю, так что могу нести всякий бред. Конечно, вы нужны мне. Как только я приду в себя, мы будем работать.