Девственница на замену

— Сучка, — одними губами прошептал мой раздраженный муж, а сидящий рядом с ним Владлен слегка дернул крыльями носа.

Раскачиваясь бедрами на совершенном теле эльфа, я вернулась к своему занятию, подтягивая великолепные тела Хала и Олдена обратно.

— Пожалей отца, малышка, — прошептал Хал, погладив меня по волосам и слегка сильнее протолкнув член в мое горло. — Он старый человек.

— Сам ты старый! — взревел имперачество, подскакивая со своего места, и тут же замолкая, увидев мой зов.

Он мчался на меня тараном и надо признать, я малость струсила, решив, что слишком передержала императора, и теперь он меня крякнет за это. Но оглушительно горячий поцелуй обжог губы, а кулак сжавший волосы опьянял.

— Мозги тебе трахом стрясу, — пообещал он. — Пожалей меня, букашка сладкая!

Последнее прозвучало так надрывно, что у меня сердце сжалось. Может он реально уже старенький и ему волноваться нельзя? А тут я со своим приколами, жалко же, еще сердце не выдержит…

Но жалела я его напрасно!

Развернув меня обратно лицом к Таурлендиилу, имперачество мягко, но настойчиво толкнулся однозначно возбужденной плотью чуть выше того места, которое занимал эльф.

— Впусти! Впусти, козявка, — кровожадно зашептал он, прижавшись к моему уху губами и обжигая горячим дыханием. — Любимая моя козявка, я так соскучился…

Смена тона как на американских горках возбуждала и разжигала желание. Небольшое дискомфортное давление и мужчина сладко застонал, заполнив меня своим внушительным членом, раздвигая узкие стенки попки до сладкой боли.

Первые толчки дались мне не легко, даже трудно. Привыкнуть к распирающему ощущению казалось невыносимым ровно первую минуту, но разливающийся по телу огонь утверждал обратное. Двигаться мне больше не позволяли, и эльф с императором сами пришли к нужному синхронному ритму, заставляя меня только бессвязно мычать, лаская ртом еще двух мужей.

В какую-то секунду сладкой агонии я ненароком взглянула на неспешащего присоединиться Владлена, который продолжал смотреть на меня так, что все самое грязное, горячие и поглощающее начинало пожирать тело и разум.

Одними губами без единого звука он прошептал «Сейчас», и я буквально рассыпалась на мелкие кусочки, проваливаясь под беспощадные волны оргазма. Словно цепная реакция, вокруг начали слышаться хриплые рыки, откровенные стоны и сладкое шипение.