Девочка сталкера. Часть 2

Я облизываю губы и веду пальцы ниже, еще ниже, а потом…

У меня аж дыхание замирает от своей смелости. И от понимания, насколько сильно он хочет меня снова.

Я понимаю, что хочу его потрогать.

Когда, если не сейчас?

Рано или поздно я все равно приобрела бы такой опыт с мужчиной, так почему не с ним? И я, не медля больше ни секунды, дотрагиваюсь до его возбужденного члена. Обхватываю его пальцами, сжимаю.

Одновременно с этим я поднимаю глаза на Демида.

Он смотрит на меня своими темными глазами, не отрываясь, замерев, точно статуя, и тяжело дышит.

Моя кровь кипит. А близость с Демидом так пьянит, что чувствую себя способной на любые безумства.

Тем более, когда вижу, как мои прикосновения действуют на него.

Я соскальзываю со столешницы и спускаюсь вниз, одновременно с этим стягивая с крепких бедер штаны. А потом…

Смотрю на его член пару секунд, прикидывая, войдет ли он в меня, но вот уже приближаю свои губы к нему и осторожно пробую его на вкус.

Я слышу, как учащается дыхание Демида и беру глубже.

Демид обхватывает руками мою голову, зарывается пальцами в волосы. Я чувствую, как они чуть подрагивают, будто он изо всех сил старается сдерживаться. Это придает мне небывалой наглости.

Я выпускаю член изо рта и беру снова, а потом еще раз. Начинаю посасывать его, словно мороженое.

Из губ Демида вырываются хриплый стон, затем еще один и еще.

— Ульяна, — выдыхает он мое имя, но вместо ответа я продолжаю начатое.

Я нереально возбуждена.

От одной только мысли, что я делаю это ему. Что мои ладони лежат на его бедрах, и я бесстыдно сосу ему. Своему врагу, которого еще утром ненавидела. Но который нереально возбуждает и которого так сильно хочу. И, что самое шокирующее, мне нравится это делать.

Но тут Демид тянет мои волосы наверх, заставляя подняться с колен.

Я тяжело дышу. Мои глаза затуманены, а рот полуоткрыт. Он тоже тяжело дышит.

— Демид, нет, — ахаю я, когда понимаю, что он задумал.

— Мне надо в душ, мне…

Но его ладони властно и уверенно сжимают мои бедра, не давая свести колени, его лицо уже между моих ног. Он начинает…

Я не могу говорить или хоть как-то соображать…

Мне жутко неудобно, но также нереально восхитительно одновременно.