Молот Пограничья

Первородное пламя сердито брызнуло искрами, и я чуть ли не телом почувствовал, как напрягся магический контур. Стихия хлебнула маны отовсюду, куда смогла дотянуться, и принялась вгрызаться в металл. Но тот не спешил поддаваться. Прошло несколько минут, а кресбулат все так же лежал среди углей, только лишь сменив цвет. Сначала покрылся копотью, и потом порозовел, сливаясь с раскаленным нутром горна.

Ждать быстро надоело, и я взялся за кузнечные меха. Первородное пламя — воплощение чистой энергии — не нуждалось в кислороде, однако углям он точно не помешал.

Через несколько мгновений огонь сердито загудел, из горна полетели искры. Уже не алые, а почти белого цвета — температура росла.

Бросив рукоятки мехов, я схватил с верстака щипцы, подцепил кресбулат и переложил на наковальню. Кусок опустился со звоном, но уже не таким, как раньше. Обычную сталь первородное пламя сумело бы не только расплавить, но и сжечь, но металл Древних все еще держал форму.

Но когда я взялся за молот — все-таки уступил.

Инструмент кузнеца мало напоминал мое прежнее оружие — изрядно уступал размерами и весом — однако и с ним я умел работать немногим хуже. Когда всю свою жизнь сражаешься всякими острыми и тяжелыми железками — понемногу учишься и ковать. Раньше к моим услугам были самые совершенные приспособления и приборы, когда-либо изобретенные человечеством, однако я все равно предпочитал пламя и собственные мускулы.

И справлялся неплохо — как и сейчас. Кресбулат сопротивлялся, сыпал искрами, но все же с каждым ударом молота менял форму.

Вытягивался, сплющивался, понемногу приобретая тонкую кромку. Под аккомпанемент глухого лязга бывший кусок брони автоматона превращался в лезвие.

— Кузнец из тебя не очень.

От неожиданности я дернулся и едва не запустил молотом в маленькую фигурку, застывшую в дверях. Катя стояла прямо у входа — и, похоже, стояла уже давно. На ее личике, как и всегда, застыло недовольное и чуть сердитое выражение, однако теперь в глазах было что-то еще.

Любопытство. Младшая сестренка была последней, кого я ожидал увидеть в кузне, однако происходящее на наковальне ее почему-то явно заинтересовало. Впрочем, ненадолго: заметив мое удивление, Катя тут же отвела взгляд и принялась усердно разглядывать что-то на потолке.

— К тебе гости, — проговорила она, всем видом показывая, что ни видеть меня, ни уж тем более быть чьей-то посыльной ей ничуть не хотелось. — Важные.