Молот Пограничья

— Ближе… И не вздумай погаснуть!

На мгновение я почти услышал недовольное ворчание, раздавшееся в голове. Вулкан нервничал и ругался. Не словами, конечно же: связь приносила только отзвуки эмоций, картинки и запахи — Тайгу, дым, бензин, порох…

— Еще ближе! — приказал я. — Не бойся, стрелять не будут.

Часовой на вышке, похоже, подумал точно так же. Подхватил было штуцер, но тут же со вздохом поставил обратно и наклонился, вглядываясь в темноту.

— Что ты там все бормочешь? — недовольно прошипел Седой. — Давай, режь.

Сделав еще пару осторожных шагов, я оказался у столба. Фигура Василия застыла без движения, повиснув на веревках — парень то ли сумел уснуть, то ли просто отключился от голода и жажды. Не знаю, смогли ли мои новые товарищи каким-то образом предупредить его о готовящемся побеге — сейчас это уже не имело особого значения. Седой осторожно взял сына под руки, а я достал нож и одним движением рассек путы, едва слышно чиркнув лезвием по дереву.

— Уходим. — Я подхватил обмякшее тело с другой стороны.

При желании я без особого труда утащил бы Василия вместе со столбом, однако демонстрировать необычную даже для Одаренного силу было, пожалуй, рано. Так что мы с Седым несли его отпрыска вдвоем, и длинные ноги волочились по земле. Не так тихо, как хотелось бы, и я даже думал приподнять парня повыше или даже взвалить на плечи, однако не стал — до грузовика оставалось буквально несколько шагов.

И я уже прикидывал, как мы будем засовывать Василия в кузов, когда впереди послышались шаги, и навстречу мне из темноты шагнула… нет, скорее выкатилась огромная шарообразная фигура.

— Кто здесь?.. — сонно пробормотал Хряк.

Не знаю, что выгнало его наружу среди ночи — то ли шум, то ли желание устроить дозорным внеплановую проверку, о которой не знал даже старожил форта Седой. А может, самое обычное человеческое желание опорожнить мочевой пузырь, придавленный излишками жира.

— Васька, это ты там дергаешься? — Хряк недовольно засопел. — Ну я тебе сейчас задам…

Времени на раздумья не оставалось.

Мой кулак рассек воздух и с громким шлепком врезался в круглое мясистое лицо, одним ударом ломая переносицу и отправляя в глотку выбитые передние зубы.