Девочка сталкера

— Ладно, а что насчет Кристиана? Мне бы тоже хотелось узнать подробности.

— Его убили при Ульяне, — говорит Демид и Лейла с Диной снова переглядываются, не скрывая своего удивления.

— Думаю, я имею право знать, — говорю я.

— Нууу? — тянет Лейла и снова косится на Демида, — нууу, он в больнице.

— Ранение очень тяжелое, — тут же продолжает она, но…

Лейла замолкает, а Дина согласно кивает.

— Да, Ульян, он буквально на грани жизни и смерти.

Я не могу поверить своим ушам.

В больнице? Ранение? На грани жизни и смерти? На какой грани?

Зачем они мне врут, я же прекрасно знаю, что Кристиан убит.

— В больнице? — все же переспрашиваю я и хмурюсь.

— Да, — кивают обе.

— Но он убит!

— Ранен.

— Тогда, — поворачиваюсь к Демиду, — Демид, я бы хотела, чтобы мы заехали к нему.

— В какой он больнице? — спрашиваю у Дины, потому что при всей своей молчаливости, она, как мне кажется, намного больше расположена ко мне, чем Лейла.

А Демид словно воды в рот набрал.

— Эээ, нет, это невозможно, — тут же встревает Лейла и Дина согласна кивает.

— Ульяна, к нему сейчас нельзя, — говорит она, — но ты не волнуйся.

— Да, Ульяна, он… он сильно ранен. В реанимации и туда никого не пускают. Но Макс сейчас там и он будет звонить нам в случае чего, — поддакивает ей Лейла.

— Но вы же можете мне сказать, в какой он больнице, — настаиваю я.

— Это частная клиника, — говорит Дина, и тут же снова добавляет, — очень хорошая, не волнуйся.

Несколько секунд я смотрю на девушек, потом возвращаюсь на свое место и закусываю губу.

Мне не нравится вся эта скрытность. Я не понимаю, почему нельзя назвать мне адрес клиники? А самое главное, я точно уверена, что Кристиан мертв, а мне просто морочат голову.

Вот только зачем им это нужно?

Или я все же ошибаюсь?

Но нет. Абсолютно точно, что нет.

Даже если предположить, что Клим и его головорезы вытащили тело Кристиана из машины, прежде чем поджечь ее, в чем я очень сильно сомневаюсь. Но даже если предположить…

Нет, даже тогда это абсолютно исключено.

Но тогда зачем они говорят мне все это?

— Демид? — зову я, но не знаю, что хочу ему сказать.

Просто он единственный хранил молчание все это время. Почему? Почему он не присоединяется к остальным в том, чтобы убедить меня в мысли, что Кристиан остался жив?

Демид чуть поворачивает голову и бросает на меня ничего не выражающий взгляд. При этом продолжая молчать.