Девочка Грешника

— Ну ок, — кивнул я и улыбнулся.

И мы сменили тему, погружаясь в более насущные проблемы, а потому совершенно не заметили, как добрались до города. Распрощались, и я рванул к себе. А там уже с упорством барана принялся искать ту, которая бы мне все-таки принесла облегчение.

Потому что кровь по непонятным причинам бурлила все больше и больше. И меня это начало уже не на шутку напрягать. Но ни в вечер воскресенья, ни в вечер понедельника я так и не смог стать удовлетворенным. Не але, и все тут. Аж бесит.

Да еще и тендер этот гребаный на носу, и Данилка Шахов уже начал бомбардировать Ленку. Цифры ему подавай. Сучонок малохольный. В табло бы ему дать, а не цифры. Смачно так дать, чтобы все передние зубы через задницу вылетели.

И надо было срочно что-то решать, а я все чего-то тормозил. Вот и во вторник вечером бродил по своему кабинету, раздумывая, как же мне быть. Сел в кресло, а потом сделал то, что хотел сделать давным-давно, но так и не решался.

Жмакнул кнопку воспроизведения и аж задохнулся.

Потому что на видео я вносил в гостиную той самой съемной квартиры голую Софию Шахову и швырял ее на кровать. А потом целовал, трогал и трахал. Досмотреть до конца не смог, вдарил по клавиатуре, останавливая запись, и откинулся на спинку кресла, прикрывая глаза и постанывая в голос.

Бля!

Заметался по кабинету, но нечаянный взгляд на замерший экран монитора только еще больше вдарил свинцом в низ моего живота. А-а-а, хоть стреляйся!

Мне надо в душ.

Припустил туда, но ни хрена не помогло. Член колом как стоял, так и стоит. И падать даже не помышляет.

И я сдался, прикасаясь к разбухшей донельзя головке. Обхватил ладонью ствол и задвигался.

Прикрыл глаза и еще раз прокрутил в голове все то, что сделал с Соней. От и до.

И чуть не отлетел в астрал, кончая так, что аж ноги подкосились.

Пизде-е-е-ец!

— Так вот оно что! Ни хрена ты не устал, да? — обратился я к своему боевому товарищу.

Размотанный в нулину еле добрался до рабочего кабинета, а там быстро свернул видео с Шаховой от греха подальше. Долго сидел, думал, жевал губу напряженно.

Материл себя всеми известными мне нецензурными словами, а потом выдохнул и смирился. В конце концов, почему я должен себе отказывать, верно?

Взял в руки телефон и тут же набрал свою секретаршу. Пара гудков, и она на связи.