Девочка Грешника

Хочешь покажу насколько?

Глаза в глаза, и я впихиваю Марго в первую попавшуюся комнату «для персонала». А дальше… Поднос с грязной посудой на полку. Девочку крутануть к себе спиной. Руки сразу в бой, чтобы добраться до всех стратегически важных мест. Коленом развести ее ноги на ширине плеч и резко убрать полоску трусиков в сторону.

Сейчас будем любоваться звездами…

Спустя несколько десятков минут я вернулся за свой стол и непринужденно принялся поглощать свой завтрак. Хрустящий хлеб, яичница, жареный бекон. Все — что картон, ничего не радует.

— Ну что? Теперь-то утро доброе, Ромашка? — с улыбкой ангела на устах спросила Танька.

— Максимально, — соврал я, подмигивая ей.

Секс был отстой. Зря только время потратил. Но не плакаться же мне об этом. Просто очевидно, что я реально устал, потому меня и не вставляет. Раньше бы после такого забега я бы счастливо улыбался во все тридцать два, а не раздраженно отмахивался от четко поставленных вопросов. Вот и все объяснение.

— Животное, — заржал Аверин.

— Не завидуй, — осклабился я.

— У меня давно другая система координат, друг.

— Сочувствую, — отхлебнул я кофе и подмигнул Максу, что смотрел на меня восторженно и грыз сушку.

Спустя несколько часов мы всей оравой выдвинулись в город. Я подхватил Танюху, так как Макса забрали предки ее мужа. Всю дорогу болтали, не умолкая. Пока ей не позвонил муж. И началось — пришлось даже трубку выхватить и успокаивать этого ревнивого идиота.

— Че бесится? — поджал я губы.

— Не доверяет.

— Тебе?

— Тебе! — рассмеялась Танька."

"— Бля, я, конечно, не святой, но не конченый же совсем. Ты — друг. Ты — жена моего друга. П-ф-ф…

— Ты не любил, Ром, тебе не понять.

— И слава Богу!

— Какие твои годы? — глумилась Танька.

— Нет, подруга. Это все не про меня. Без шуток. Не знаю, как там у кого, но мне и без любви по кайфу.

— Ну я и вижу. Только где тебе по кайфу, там девочки со слезами на глазах.

— Чего это со слезами? — нахмурился я.

— Ты же у той официантки даже номер телефона не спросил, да?

— А на фига он мне? — недоуменно поднял я брови.

— Звездец, Ром!

— Да что такого, я не пойму? Я никого не насиловал, если что. И ничего никому не обещал. Ну перепихнулись разок и разбежались. В чем проблема?

— В том, что все твое тотальное блядство еще вернется к тебе бумерангом, Ветров.

— Ой, я тебя умоляю, Танюха, — отмахнулся я от нее и скривился, — если я за двадцать семь лет не выхватил, то уже и волноваться не стоит.

— Ну ок.