Девочка Грешника

— Две минуты, я вас очень прошу, — не меняю я курса и пру как танк.

— Рома, мне нравится твое рвение и столь глубокие чувства к моей дочери мне тоже импонируют, но…во-первых, ты себя в зеркало видел? Вы с Даней оба выглядите как две отбивные котлеты.

— А, во-вторых?

— А, во-вторых, я не стану волочь ее сюда на буксире и заставлять тебя слушать я тоже не буду. Ты когда соглашался на мое условие, наверное, немного не понял, что я имел в виду. Повторюсь — я даю тебе только время и ничего более.

— То есть…

— То есть, все сам, — припечатали меня дальнейшими «радужными» перспективами.

Но я только выдохнул напряжение, сковывавшее все мое тело, а затем встал и протянул руку отцу Сони. Тот сразу же ее пожал в ответ. Развернулся и окинул взглядом потрепанного Даню и так же подал ладонь для рукопожатия. Но тот только, не мигая, смотрел мне в глаза, растягивая губы в так свойственной ему гаденькой улыбке.

Чертов маньяк.

— Ладно, — кивнул я и убрал руку, — жду договора на подпись.

Кивнул и вышел за дверь. Прошел прямо по коридору и с надеждой посмотрел на лестницу, ведущую на второй этаж. Нахмурился, задумался, пожевал губу…

— Даже не мечтай, — услышал предупреждающий голос Шаха позади себя.

— Хорош рычать, Даня. Скоро породнимся как-никак.

— Никак, — скривился бывший друг.

И, надеясь, что Соня где-то там, в глубине дома слушает меня, я чуть повысил голос и сказал:

— Я люблю Соню. Она меня тоже. И однажды она найдет в себе силы простить меня за те слова, сказанные в порыве ревности.

— Х-м-м, думаешь она купится на эту чушь?

— Давай позовем ее и узнаем? — улыбнулся я максимально миролюбиво.

— Тебе пора, Ромашка.

— Ок, — кивнул я, а потом указательным пальцем обвел свое разбитое лицо, — и спасибо за гостеприимство.

— Обращайся, — прищурился Шахов.

На этой неперспективной ноте пришлось покинуть дом Шахова.

И понеслось.

Ежедневная борьба за ее внимание.

Первые несколько дней я тупо не знал как ее выкурить из отчего дома.

"Оказалось, что Соня уже два дня как переехала в свою городскую квартиру. А еще восстановилась на учебе. И самое страшное — наняла себе двух здоровенных амбалов, которые теперь повсюду неотступно следовали на ней.

Не подступиться.

Но я пытался снова и снова. Поджидал ее у института.