Девочка Грешника

Но только ее я и чувствовал к Софии Шаховой. Не более.

Вот только реальность была такова, что без этой девки меня крыло, а с ней штырило. Потому я впервые в жизни пошел на поводу у ее бабских заскоков.

И да, не скажу, что не удивился. Очень! Я ее до Венеры и обратно подкидывал целый день, а она морозиться удумала. И этот игнор бесил неимоверно, но…"

"Неужели она реально верила в то, что дело выгорит? П-ф-ф…

Детка, там, где ты учишься, я преподаю.

Тут было в общем-то два варианта.

Первый и маловероятный — я был ей не нужен.

Второй — Соня далеко не дура и ее не устроила примитивная роль моей секс-игрушки.

Вот и пришлось мне озадачиваться, а потом и подавать ей к столу мои желания под соусом из ванильной лабуды, свиданий и романтических порывов. Что, собственно, и помогло решить мою проблему. Кукольный театр, пикник на берегу залива под луной, немного покорчить из себя джентльмена. И вот уже Соня сидит на мне сверху, а я жадно вколачиваюсь в ее влажный жар.

Вся мокренькая, да и кончила почти сразу. Вот и на кой, спрашивается, выделывалась?

А там уж и душа в рай понеслась. И член мой, на ней зацикленный, тоже.

Не скажу, что мне это все как-то претило. Нет. Хотя были опасения. Но Соня была веселой, умной и удивительным образом не капала мне на нервы. Любая другая баба уже бы осточертела мне до тошноты. А эта нет.

Прямо мистика.

И я дал себе время. Неделю. Чтобы нажраться ею до отвала. А потом уехать и забыть ее как сон, временное помутнение рассудка или просто затяжную болезнь.

Но был во всем этом единственный тревожный звоночек — я внутренне раздражался, когда ее нужно было везти домой.

— Останешься сегодня на ночь, — без вопроса поставил я ее перед фактом где-то день на пятый нашего увлекательного забега.

— Я не могу, Ром.

— Что значит «не могу»? Не могу поднять ногу, Сонь. Пойди и отпросись типа к подружке ночевать. Делов-то?

— Нет, — категорично обрубила она меня.

— Почему?

Реально, меня аж вымораживало! Я хотел проснуться с ней в одной постели и прямо с утра показать ей небо в алмазах.

— Потому что.

— Заебись аргумент, — хмурился я, но давить не собирался.

Не хочет? Ну и хрен с ней.

Вот только долго сердиться на нее не получалось. Она была такой миленькой и смотрела на меня своими глазенками голубыми так, что я чувствовал себя Богом. А уж когда трахал ее, так вообще улетал в космос.

Отзывчивая.