Мой темный принц

Каждый сотрудник The Grand Regent имеет строгий приказ сообщать мне, если увидит тебя на территории, чтобы я мог ухаживать за тобой. — Он подождал, пока эта возмутительная информация просочится в мою систему. — Да, все 184 000 по всему миру.

— Как...

— Романтично?

— Я собиралась сказать «ненормально».

— Я слишком соскучился по тебе, чтобы оставаться в стороне. — Он опустился в кресло рядом со мной. — Надеюсь, ты не против.

Ублюдок.

Я была на середине деловой встречи.

— Ничуть, — промурлыкала я, схватив его за щеку и ущипнув так, что чуть не содрала кожу.

— О, я совсем не против, чтобы он присоединился к нам. — Хейли хихикнула, протягивая ему тыльную сторону руки для поцелуя. — Оливер фон Бисмарк, я так много о вас слышала.

— Слухи о лобковых вшах, к сожалению, правдивы. — Оливер вздохнул, обогнул стол и взял ее руку, но не поцеловал, а лишь слабо пожал. — Но моя прекрасная невеста была достаточно добра, чтобы выщипывать их по одному, когда мы только начали встречаться.

Он вернулся на сиденье рядом с моим, обнял меня за плечи и прижался щеками друг к другу.

Я собиралась убить его.

Жизнь в тюрьме - небольшая цена, если учесть обстоятельства.

Хейли посмотрела между нами, явно разочарованная.

— Вы, ребята, помолвлены?

Теперь я знала, что мы не сможем работать вместе. Во-первых, она пялилась на моего фальшивого жениха, словно хотела, чтобы его лицо стало ее новым любимым креслом.

Она откинула волосы на плечо.

— Почему я ничего не слышала об этом? Я слежу за тобой по колонкам сплетен, Оливер.

На днях мы сделали объявление в двойной полосе New York Times. Оливера, казалось, совершенно не трогал ее жесткий флирт.

— У меня не было выбора. Она измотала меня, Хейли. Она была неумолима в своем преследовании.

Моя кровь бурлила в жилах, горячая, густая и полная гнева. Он собирался узнать, что расплата - это сука, и я тоже.

— Правда? — Хейли с ухмылкой смотрела на него, проводя кончиком пальца по бюсту своей рубашки. — Мне нравятся смелые женщины. Я как раз говорила Брайар, что у меня нет красных линий. Никаких жестких рамок.