Мой темный принц

— Его глаза были сонными, когда он обводил мои губы тем же пальцем, который я обсасывала. — Ты ведь выпьешь каждую каплю моей спермы, когда я наконец-то трахну тебя, правда?

— Если это когда-нибудь случится. Ты не торопишься воспользоваться своим выигрышем.

— Просто предвкушаю.

— Желание трахнуть тебя никогда не было проблемой, Оливер. Ты меня привлекаешь. Я не могу смириться с твоей личностью.

— Большие слова от человека, который собирается на мне жениться.

Трогательно.

Он моргнет первым.

Я бы в этом убедилась.

67

Оливер

Олли фБ: Она в бешенстве.

Ромео Коста: Что ты наделал?

Олли фБ: Возможно, я объявил о нашей помолвке в New York Times.

Ромео Коста: О какой помолвке? НЕТ НИКАКОЙ ПОМОЛВКИ.

Олли фБ: Семантика.

Ромео Коста: Это не то, что означает семантика. Лоботомия действительно сделала свое дело.

Зак Сан: Давай, заказывай футон. Все кончено.

68

Оливер

— Она учит нас петь или рожать китенка размером с офисное здание?

При этих словах преподавательница вокала повернула голову и оскалилась, после чего вышла из комнаты в туалет.

О. Я думал, она уже ушла. Не моя вина. Я едва мог дышать из-за того, что последние пятнадцать минут мы с Брайар практиковались в «контроле», что, по сути, означало соревнование в том, кто дольше задержит дыхание. Если уж на то пошло, то своим духом соперничества она больше напоминала Себа, чем меня.

С другого конца крошечной студии Брайар улыбнулась мне.

— Мы должны доверять процессу.

Позади нее каждую поверхность украшали подписанные постеры бродвейских шоу, а также награды и сертификаты в рамке.

Я даже не запомнил ее имя. Джиллиан или Джессика. Что-то на букву «Д», во всяком случае. Я был слишком сосредоточен на том, что моя фальшивая невеста - или настоящая, в зависимости от того, насколько хорошо сработал мой план, - выглядела вполне съедобно, пока она сосредоточенно выполняла задание. Ее губы морщились и двигались каждый раз, когда она вдыхала воздух.

Я всегда знал, что являюсь возбудимым ублюдком, но возбуждаться от того, что кто-то умеет дышать, было для меня в новинку.

И да, я был готов жениться на Брайар, если бы это означало, что она останется со мной.

Я не был до конца уверен в своих чувствах к ней - любовь ли это? Влюбленность? Восторг? Облегчение после пятнадцати лет горя? Что бы это ни было, я верил с абсолютной, не подлежащей никакому сомнению уверенностью, что никто другой не сможет так пробиться на поверхность, как она.