Мой темный принц

Выражение его лица, как у оленя в свете фар, сгладилось и превратилось в ухмылку."

"— О, да. Я все думал, когда же мы начнем готовиться.

Я широко раскрыла руки.

— Сегодня днем.

— Сегодня днем?

Я подмигнула.

— Нет лучшего времени, чем настоящее, верно?

— Я могу придумать лучшее время. А именно - никогда, — пробормотал он, после чего тоже нацепил на лицо фальшивую ухмылку. — Прости, я хотел сказать, что да, я свободен, и нет, я не могу ждать. Как ты, наверное, уже поняла, я совершенно серьезно отношусь к нашей фальшивой свадьбе.

— Я тоже.

Одному из нас придется сдаться, но это буду не я.

Я не была уверена в том, что мы делаем, но была почти уверена, что это приведет к еще большей возне и, возможно, к сексу, который я бы очень хотела иметь с Оливером. Ну и что? В любом случае, я должна ему один раз.

Только один раз, Брайар.

— Вообще-то... — Оливер подошел ко мне и еще раз лизнул мороженое. — У меня есть идея получше.

Он наклонил рожок ко мне. Я лизнула его. Он наклонил голову, и его язык стал гоняться за моим по мороженому.

Несколько белых капель упали с рожка и просочились между моих грудей. Не успела я опомниться, как уже задыхалась, готовая к тому, что он сорвет с меня одежду и возьмет меня.

Я ведь согласилась заняться с ним сексом в удобное для него время.

Сейчас как раз такое время.

— Хм. Так чертовски мило.

— Что за идея?

— Я также хочу танцевать.

Я вытерла рот тыльной стороной ладони.

— Танец?

— Да. «Любовь - открытая дверь». У него есть хореография. Зачем довольствоваться только песней? Давай станцуем и танец.

Это становилось смешно. Неужели он думал, что я поверю в то, что он пойдет на это? А он думал, что я поверю? Если это была игра в салочки, раунд «кто первый моргнет», то я отказывалась быть первой, кто уйдет.

— Конечно. — Я спрыгнула со своего сиденья и потянулась, выпятив грудь к его лицу. — Мне это подходит. Итак. Готов к нашему первому уроку пения?

Как раз когда я собралась с мыслями, Оливер решил зачерпнуть немного мороженого из рожка указательным пальцем и засунуть белый крем мне в рот. Я без вопросов открыла ему рот, беспомощно уставившись на него.

— Черт.