Девочка Дьявола. Без иллюзий. Книга четвертая

— Уверяю, так оно и есть.

— Кстати Джино звонил, когда мы с Рэндаллом разговаривали. Они утром вернулись из Мадрида. Сказали, что к ужину подъедут, — резюмировала Аврора и, подхватив сумку, пошла из гардеробной.

— Да, меня Лат тоже проинформировал, — кивнула я, выходя вслед за ней.

— Как вы себя чувствуете? — внимательно рассматривала мое лицо Аврора.

— Да нормально я себя чувствую! — в сотый раз отмахнулась я и опустила глаза, вспоминая, утро четверга.

Ту ночь я провела без сна, а в начале восьмого послышались шаги, и в комнату зашел Барретт, уже одетый в деловой костюм.

Почувствовав его пальцы на анусе, я машинально схватила его руку, но, понимая, что лучше этого не делать, отпустила и зажмурилась, то ли от стыда, то ли от неприятных ощущений.

— Кровило? — спросил он тоном хирурга.

— Нет, — ответила я, вспоминая, как после наказания, вернувшись в комнату, еще долго не выходила из ванной, смазывая кремом с алоэ болевшую, словно я села на горящие угли, попу.

Более ничего не сказав, он направился в ванную, а через минуту, выйдя с полотенцем в руках, подошел к моей кровати и проинструктировал:

— Аврора выдаст тебе мазь и обезболивающее.

— Не надо Аврору, и обезболивающее у меня есть, — наморщила я нос, представляя, что она может подумать, но Барретту мои комментарии были не нужны.

Кинув полотенце на постель, он уверенной походкой направился к двери, на ходу доставая сотовый.

— Удачной поездки в Мадрид, — бросила я ему вслед, желая показать, что я приняла наказание, понимаю его причину и не планирую раздувать из этого обиду вселенского масштаба. Я начала эту корриду, и если матадор проиграл бой Быку, то должен был принять свой проигрыш с достоинством.

Барретт на это ничего не ответил и вышел из моей спальни, на ходу печатая СМС, вероятно, инструкции для Авроры, а уже через минуту где-то внизу послышался голос Джино “Машина в аэропорт готова”.

— Надо вам еще давление измерить, — между тем продолжала Аврора.

— Сколько можно, — наморщила я нос, но понимала, что это было ее непосредственной работой и она искренне волновалась за мое здоровье.

— Хорошо, что вы дома остались, — гнула она свою линию, а я в очередной раз нахмурилась, досадуя, что Барретт приказал Макартуру отменить экскурсию в Кадис и не выпускать меня с виллы до пятницы.