Девятый конвой

Открывай ворота, чего завис?

Импровизация со скрипом, но удалась. Караульный растворился в чреве будки, через несколько мгновений обозначился с другой стороны, и створки ворот расползлись. «Урал», громыхая и лязгая, въехал на территорию бывшего спортивного лагеря. Боец закрыл ворота и, позевывая, вернулся в караулку.

Вадим приказал водителю остановиться. Чобот съежился, но послушно выжал тормоз.

В округе было тихо. В полумраке выделялись ряды одноэтажных строений, небольшой пустырь. Справа темнело приземистое здание административного корпуса, на крыльце которого покачивалась фигура часового.

– Кротов, за мной! – приказал Вадим. – Глеб, возьми водилу за шиворот, а будет дергаться – стреляй в затылок!

– Понял, товарищ капитан. – Из оконца за спиной водителя высунулась рука и сжала ворот сержанта стальной хваткой.

Тот захрипел, когда собственный воротник впился ему в горло.

Вадим спрыгнул на землю и неторопливо направился к будке, прибежищу охранников.

В углу притулилась лежанка, на которой кто-то посапывал. Двое на стульях повернули головы, нехотя поднялись. В глазах караульного, осматривавшего машину, мелькнуло удивление – вроде только что виделись.

– Капитан Василевич, – проворчал Вадим. – Отдел особых операций.

Конторы с таким звучным названием в украинских силовых структурах никогда не было, но это обстоятельство не играло никакой роли. Знакомый боец нахмурился, видно, почувствовал что-то неладное. Закряхтел, заворочался на лежанке помятый военнослужащий.

Третий судорожно спрятал в карман карточную колоду, вскочил, часто моргая, вытянулся по швам и выкрикнул:

– Слава Украине!

– Вот только давайте без этого вашего… – Вадим поморщился и всадил бойцу кулак под дых.

Удар был выверен и не раз испытан.

Второй оторопел, открыл рот. Кротов резко выдохнул, по привычке вздул усы и нанес жестокий двойной удар в кадык. Боец обмяк, уронил голову. Спецназовец схватил его за грудки, чтобы тот не наделал грохота во время падения, и аккуратно пристроил к стене.