Дева в саду

С другой стороны холма, спотыкаясь, шел Симмонс. Не то ушные перепонки, не то ветер, не то сам курган издавал пронзительное пение, звучавшее у Маркуса в голове. Лукас возложил руки ему на плечи, Маркус ответил тем же торжественным жестом. Они стояли, опустив головы, дыша тяжело. Потом нагнулись, подобрали пробирку и монету, которую Лукас забрал себе.

Отъехав на несколько миль, наконец поели. Сэндвичи с мясом, щедро присыпанным солью, термос томатного супа, яблоки, сыр и сдобный пирог, набитый цукатами, сразу придали им сил.

– Наверно, не стоит нам об этом сейчас говорить. А может, и никогда не стоит.

Лукас поднял от сэндвича круглое, потное лицо.

Маркус повторил:

– Я даже точно знаю, что говорить не нужно.

Маркус надеялся, что так Лукасу будет легче. Если нет, то больше он уже ничего не мог сделать.

Только добравшись до дома, они сообразили, что ни тот ни другой не высчитал по часам, сколько длилась чернота.

27. Коронация

Большинство гостей, собравшихся второго июня у миссис Тоун, никогда еще не видели телевизионной передачи. В их числе были все члены семейства Поттер, Фелисити Уэллс, чета Перри и Лукас Симмонс, который взволнованно сообщил Маркусу, что и коронация, и просмотр телевизора могут оказаться полезными опытами в смысле передачи энергии и мирской власти. Что до шестерых приглашенных мальчишек, у некоторых в доме телевизор уже был.

– До меня дошел слух, что ваш дом сегодня открыт для всех, – любезно сказал Уилки.