Детективное агентство Шейли-Хоупса

Ничего не мешало осмотру, лишь в полном безмолвии где-то под высоким потолком слышался заунывный вой. Место на колонне, к которому хан хорошенько приложился головой, было обведено мелом, хотя кровавое пятно было и так хорошо заметно. Раджив поднял руку, едва не касаясь рокового отпечатка, а затем взглянул на расшитую золотом кошму, все еще валявшуюся на полу, и перевернутый кальян рядом с ней. Судя по всему, именно здесь Алаяр-хан перед смертью изволил наслаждаться танцами своих гурий.

– Музыкантши сидели там, – сказал Раджив, указывая на низкую кушетку, возле которой валялись брошенные в панике экзотические музыкальные инструменты.

– Что это нам дает? – поинтересовался отставной лейтенант.

– Довольно много, Стив, довольно много. Посмотри, как расположены канделябры.

– За танцовщицами.

– Правильно. А над ними висит люстра. Свечи на ней, сам видишь, не зажигались.

– Ты хочешь сказать, что Алаяр-хан сидел в темноте и смотрел на освещенных девушек?

– Именно так, мой друг. И музыкантши тоже смотрели на своих подруг из темноты.

– Но само убийство? Такое впечатление, что душегуб подхватил Алаяр-хана с пола, и со всей силы ударил затылком об колонну. Но тогда, судя по отметине, этот неизвестный должен быть как минимум семи футов ростом.

– Может быть, может быть, – согласился Раджив, задумчиво рассматривая кровавое пятно. Однако хорошо было бы взглянуть на покойного. Вряд ли сам он был высок ростом.

Завывание под высоким потолком на миг стихло, и, словно по зову Раджива, в воздухе появилась мужская фигура с разбитой головой, в развевающихся одеяниях и с обнаженной саблей в руке. И, в отличие от призрачных одеяний, отточенный шамшир был вполне реальным.

– Аллах Акбар! – ухнуло привидение, добавив к всем известной фразе длинную тираду на совершенно непереводимом наречии.

– Отступаем! – тут же скомандовал Стивен Шейли-Хоупс и, отмахиваясь клинком от наседающего то с одной, то с другой стороны призрака, начал пятиться к выходу.

Пользуясь моментом, хладнокровный сикх отскочил к кушетке, схватил валявшийся на полу индийский барабан табала и ладонями начал громко выстукивать полковой марш 19-го Девонширского полка. Призрак скривился, оскалив непомерно отросшие с момента смерти клыки, волчком крутанулся в воздухе, демонстрируя во всех подробностях разбитый затылок, и растворился, выронив на пол саблю.