Десять стрел для одной

Но слепоглухонемая клялась, что не имела в виду ничего плохого. Лишь то, что девочкам вечером надо сидеть дома, а не гулять вокруг подозрительных заброшенных строений.

* * *На вечер у Димы с Надей был запланирован пикник на свежем воздухе.

Но погода подвела.

Небо с восьми вечера рокотало, ворчало, блистало молниями. Хотя Полуянов уверял: гроза пройдет стороной.

Надя опасливо косилась на огромную чернильную тучу. Она не сомневалась, что им придется жарить мясо в духовке.

Дима – хотя приехал усталый и поздно – отдышиваться не стал.

– Я пошел бросать вызов природе. А ты быстренько нанизывай.

Разжег мангал с одной спички, дурашливо поклонился туче:

– Подожди, пожалуйста, еще полчаса.

В ответ громыхнуло так, что Надя присела. Но вместо полноценного дождя сорвалось несколько несерьезных капель.

– Надюха! Тащи шампуры! Успеем! – крикнул Полуянов.

И, что удивительно, успели. Почти. Ровно в момент, когда журналист объявил шашлык готовым, с неба хлынуло сплошным беспросветным потоком.

– А-а-а! – заорал Полуянов.

Схватил горячие шампуры, прикрыл своим телом и в полусогнутом состоянии бросился в дом. Гордо доложил:

– Спас. Горячие. Объеденье!

– Ты мой герой! – сверкнула влюбленными глазами Надя.

Стол она благоразумно накрыла на кухне, так что больше ничего с улицы тащить не пришлось. Распахнули окна, слушали шум стихии, пили вино, ели «экспресс-шашлык» – он действительно получился во много раз вкуснее, чем обычный.

Надя хотела поворчать, что мясо наверняка не дожарено и они отравятся, но взглянула в счастливое Димкино лицо и промолчала.

Ближе к полуночи дождь угомонился, и Полуянов неожиданно предложил:

– Давай пройдемся?

Надя представила, как отовсюду с мокрых деревьев ей за шиворот полетят противные холодные капли, но мужественно ответила:

– Пошли.

Натянула резиновые сапожки, новый плащ – точную копию прежнего.

Журналист беззаботно сунул ноги в кроссовки, сообщил Наде:

– Когда еще промокать, как не в мае?

Вышли во двор.

– Ветрище какой был! Провод, наверное, оборвало, – предположил Димка.

Улица была пустой и тихой, только бурные потоки бежали, булькали по обочинам. Звенели, падали в лужи капли. И сумасшедше пряно пахло – молодой листвой, цветами, счастьем, летом.

– Рай! – очарованно пробормотала Надя.

Полуянов собрался ее поцеловать – но вдруг предостерегающе вскинул палец.