Десять ночей с бывшим

Может тебе рано в «Голд-Элит»?

Вскинула глазища, пронзила меня такой ненавистью, что член аж зазвенел, так захотелось чтобы эти глаза сверкали над распахнутым ротиком, который полировал бы мой хер, двигаясь вперед-назад, вперед-назад… Я бы надавил ей на затылок, заставляя принять его до конца, и слезы придали бы ее бешенству такой острый оттенок…

Твою мать, Шалаев, ты что, опять хочешь эту малолетку? После всего?

- Если бы чужой мужик был, я бы отбилась! - Продолжала дурить Сонька.

- То-то столько изнасилованных женщин отбивается, ага! - Заржал я.

Она злобно скривилась:

- Они просто хотят этого, а потом начинают ссаться, что прослывут шалавами!

Вот это новое что-то от Сонечки… Кто ее этой херне научил?

- То есть, ты уверена что от левого мужика точно-точно отобьешься? А если нет - значит хотела?.. - Уточнил я.

- Не хочу я!

- Фригидная сучка…  - в паху снова кольнуло, в пояснице взорвался фейерверк, когда она, плюнув на стеснение, начала подтягивать чулок.

Я потянулся к шкафчику, в котором пряталась моя дежурная бутылка виски, и вдруг замер, пронзенный светлой идеей.

- Сонь… - Сказал я мягко, боясь спугнуть. - А давай с тобой поспорим?

- На тему? - Стрельнула она подозрительным взглядом.

- Ты же уверена, что отобьешься, если что?

- Да…

- Так пошли в бар, заведешь там какого-нибудь ублюдка, и потом отобьешься, - предложил я. - Если что, я буду рядом.

- Я больная по-твоему?! - Взвилась она. -  Нет, это ты больной!!!

- Я все равно собирался завтра тебя куда-нибудь повести, протестировать твои знания на живых людях, - пожал я плечами.

- И зачем это мне? - Она сложила руки на груди, не замечая, что ее сосочек уже выбрался из плена лифчика и семафорил мне своей темной ареолой.

- Если ты отобьешься… - я сделал вид, что задумался. - Знаешь, мне наш главный должен одну очень, очень большую услугу. Настолько большую, что на просьбу взять тебя без собеседования и испытательного срока в «Голд-элит» сочтет меня лохом.

Ухмыльнулся. Ну. Давай, девочка.

- По рукам! - Гордо вскинула Соня голову.

- Настолько уверена, что даже не спросишь, что будет, если ты проиграешь? - Не удержался я.

- Конечно!

- Но я скажу… Если ты проиграешь, ты мне будешь должна… - я поправил свой член и мой мысленный счет увеличился с трех до… - Десять ночей. В которые ты будешь делать все, что я захочу.

Она равнодушно пожала плечами.