Десять поцелуев, чтобы влюбиться

Божечки, я точно об этом пожалею!

– Скрепим договор поцелуем? – усмехнулся.

– Сначала, интервью. Потом всё остальное.

А про себя подумала совсем другое:

Десять поцелуев, Дима. Отсчет пошел…

Глава 50 – Асталависта, бейби!

Маша

Десять поцелуев, чтобы влюбить в себя Мажора?

Могу. Умею. Практикую.

Кто-то скажет, что я сошла с ума. Совершенно спятила. А, если и так? Плевать! Я готова хоть душу дьяволу продать, но обязана вонзить Сотникову бумеранг в самое сердце и оставить его там до скончания времен.

Раньше я не знала о такой всепоглощающей ненависти.

Быть с ним – ужасно. Терпеть общество – ещё хуже. Позволять целовать себя – сравнимо лишь с медленной мучительной смертью.

Потому что это было моё личное противостояние. Промежуток несуществующего пространства между раем и адом, злом и добром, светом и тьмой.

Чистилище? Назовите как угодно.

Я играла роль в своем собственном театре, в спектакле, который только неотвратимо приближал судный день.

Каждый поцелуй с Димой – как микроинфаркт и я по доброй воле пошла на это. Дура?

Дура!

Первый произошел в спортзале, у всех на виду. Весь универ потом галдел об этом, будто произошло что-то из ряда вон. Кто-то даже сфоткать нас умудрился.

Паршиво? Хуже быть не может!

Во второй раз он сделал это в лифте. Прижал к стенке и накинулся на меня, словно мои губы могли утолить его животный голод. Больших усилий стоило сдержать себя, не ответить на его поцелуй, в то время как моё тело желало только подчиниться напору.

Чёрт возьми!

В ту же ночь Сотников снова залез ко мне в комнату. Будто абонемент на десять поцелуев подразумевал собой горячий и жесткий секс без обязательств.

К счастью, я в то время была в ванной. Увидела только мускулистую фигуру, уже исчезавшую в окне.

Фух, пронесло! – подумала я тогда.

Так в спальне появилась решетка, чтобы этот мудак больше не пытался забраться ко мне в трусики.

В третий раз целовались в какой-то авторской кофейне с видом на Финский залив. Зима на дворе, а этого дебила потянуло на романтику. Зашибись! Что не так с логикой у этих мужиков? Куда она пропадает, стоит только послать их в пешее эротическое?

Из всех наших встреч Сотня устраивал что-то масштабное.

Четвертый поцелуй – на самой высокой крыше Питера. Голова шла кругом и ноги подкашивались.