Десять поцелуев, чтобы влюбиться

Не сторонник телячьих нежностей, но мне не хватало маминых объятий.

В последние годы это у нас не частая практика. Едва мне стукнуло восемнадцать, я сразу съехал от родителей на свою квартиру. Встречались с семьей только по большим праздникам. Моментами я и их избегал, не желая пересекаться с Яном. С папаней виделся слегка чаще, поскольку он примерно раз в месяц читал персональные лекции касательно моей разгульной жизни и прогулов в универе.

Вы не подумайте, я не какой-нибудь мамочкин и папочкин сыночек. В универ поступил сам.

– Любишь Машу? – сталкерит меня матушка.

Киваю в ответ. А что отрицать? Люблю. Погряз в ней прочно, не вытащить.

– Значит, не всё потеряно. Возьми себя в руки. Докажи, что ты именно тот, кто ей нужен.

– Да я уже пытался, мам. Извинялся, цветами засыпал, песни под окнами пел.

– Ты снова играешь? – усмехнулась родительница. – Маша нравится мне ещё больше.

Ни то чтобы играю, но да. Так и есть.

– Пока вспоминаю, что это такое.

– Ты меня радуешь. Соберись, Дим. Если Маша тебя любит, то всё получится.

– Мам… – выдерживаю паузу, не понимая, как деликатно это спросить. – Но ты ведь папу не простила, да?

На несколько секунд в её глазах проскользнула глубокая тень грусти, я даже пожалел, что вообще затронул эту тему.

– Забей, не отвечай.

– Почему, – мама прикусила нижнюю губу. – Вполне логичный вопрос, милый. Дело в том, что у нас с твоим отцом всё было непросто. Я молодая перспективная актриса, младшая дочка богатых предпринимателей, он единственный и любимый сын влиятельного бизнесмена. Договорной брак.

– Чего? – недоверчиво протянул.

Шок-контент. Я всегда думал, что они любят друг друга. Как иначе, если несмотря на всё они остались вместе? Пережили тяжелые времена, сохранили семью. Маму вообще святой считал, раз она отца после всего дерьма простила, да ещё и ребёнка со стороны приняла, как своего.

– Ну вот так, Дим. Это бизнес. Я всегда знала, что не выйду замуж по любви. Как и Серёжа. У каждого своя жизнь, счастливая семья лишь на публике.

Вот дела!

– А потом что? – заинтересованно спросил, напоминая собой бабульку перед экраном телевизора, где показывают очередной бразильский сериал.

– Когда у нас появился ты, у меня началась очень серьёзная послеродовая депрессия.