Дерзкая

Распахнув ее передо мной, он повернулся и сделал приглашающий жест рукой:

— Добро пожаловать. Если что-нибудь понадобится, Кирилл ответит на все ваши вопросы. Впредь он будет достаточно любезен с вами.

Черты его лица все еще хранили странный отпечаток усталости. Наверное, такое впечатление производил землисто-серый оттенок кожи, тонкие черты и влажная испарина на лбу, словно этот человек срочно примчался откуда-то, чтобы принять меня и проводить в номер. Он нетерпеливо огляделся по сторонам, на секунду задержав на чем-то взгляд.

— Спокойной ночи. И вот еще что, — он явно заколебался, не мог решить, стоит ли говорить мне то, что он собирался сказать. — У вас есть с собой украшения?

— Ваши собаки страдают клептоманией?

Шутки он явно не оценил. Понизив голос, он наклонился почти к самому моему лицу и произнес:

— Наденьте что-нибудь из серебра.

В следующее мгновение он уже поспешно удалялся по коридору.

Я вошла в номер и закрыла за собой дверь на ключ.

Это была небольшая полупустая комната, вся с пола до потолка отделанная деревом. На окне висели соломенные жалюзи, наверняка такие же древние, как и сама гостиница.

Широкая кровать была застелена стеганым шелковым одеялом, рядом на тумбочке горел крошечный ночник, благодаря которому я и смогла различить, куда я попала. Низенький пуфик, обтянутый вытертым плюшем, и деревянное кресло, напоминающее скорее пляжный шезлонг, довершали обстановку.

Я бросила сумку на кровать, а затем еще раз подошла к двери, чтобы на всякий случай проверить работу дверного замка. Да, дверь была надежно закрыта."

"Я села на кровать и вытряхнула содержимое своей сумки. Первым делом я прикрепила на место рукава своей куртки. Это давало мне возможность надеть наплечную кобуру и не беспокоиться, что это будет слишком заметно. Приготовив для утреннего одевания всю свою огнестрельную сбрую, я потянулась к креслу, чтобы повесить на спинку куртку и швырнуть на нее оружие.

За креслом что-то лежало. Что-то черное. Прямо на полу у стены. Какая-то вещь из черной кожи, забытая, видимо, кем-то из прошлых постояльцев. Я встала, наклонилась и подняла с пола короткую мужскую куртку.

Я знала эту куртку, как свою. В ней Юрка много раз приезжал ко мне в интернат, и я не спутала бы ее со множеством похожих.

Куртка была совершенно реальна, она не собиралась растворяться у меня в руках.