Дерзишь, темненькая моя?!

— Что не так? Ты хочешь, чтобы я запер тебя с кастрюлями на кухне? Отвечай, хочешь?

— Нет, — выдохнула, — но…

— Не хочешь, — перебил он меня. — Тогда ты желаешь начать карьеру с низов и таскать по первой мешки с коровьим навозом?

— Нет, — возмутилась я, — просто…

— Нет, — он даже сделал удивленное лицо. — А, я понял, ты желаешь открыть свою теплицу, потому как к маме управляющей наниматься не желаешь. В другие теплицы тебя сразу на должность не возьмут, а предоставят лопату и пресловутый навоз. Я так понимаю, начнем семейное дело с нуля?

— Нет, — уже как-то сконфуженно пробормотала я, — но без меня решать.

— А, без тебя, — он развел руками, — я должен был срочно схватить тебя в охапку, прибежать к матери и сказать: ""Рояна, ты еще не знаешь, что я тебя просто безумно люблю и желаю жениться, но мы тут решаем о судьбе семейного дела. Ты не желаешь прибрать к рукам сеть теплиц, которые поставляют специи ко двору императора. Нет, а ну ладно прости, милая, за беспокойство"".

— Не кричи на меня, — воскликнула я.

Вздохнув, Этьер разом успокоился. Подойдя ко мне вплотную, он просто обнял и прижал к себе. Да так крепко, что ребра хрустнули.

— Я не собираюсь на тебя кричать и ругаться тоже, — он ослабил захват и зарылся носом в мои волосы. — Но и ты меня пойми, я же для тебя стараюсь. Понимаешь. Ради тебя. Не потому, что хочу унизить, или сделать больно, а потому что хочу, чтобы ты получила лучшее. А ты, нет, бы порадоваться, предъявила претензии.

Обняв его, я тихо вздохнула.

— Я не подумала — честно призналась мужу. — Я просто не люблю, когда что-то решают в обход меня.

— Я уже понял и ни на чем не настаиваю. Занимайся тем, что считаешь для себя лучшим.

Подумав, я поняла, что предложение Этьера действительно очень заманчивое. Нигде меня не примут сразу на должность управляющей. Даже то, что я аристократка, роли не сыграет. Я прежде всего травница, а значит, действительно, вот тебе лопата, вот клумба и на, держи семена.

— Будем считать это первым нашим семейным скандалом, — примирительно произнесла я.

— У меня несколько иное предложение, — склонившись, Этьер поцеловал меня в шейку, — давай, это будет последний наш семейный скандал.