Деревенское счастье опера Морозова, или операция Женить папу

В отчаянии я ответила ей, не сдерживаясь, чувствуя, что именно сейчас, наконец, вымещаю всё накопившееся.

Максим стоял рядом, наблюдая за происходящим, и не сделал ни одного движения, чтобы вмешаться. Он даже не пытался остановить Катю – наоборот, смотрел исподтишка, явно наслаждаясь ситуацией. Я заметила, как он почти прятался за спинами других мужчин, будто боясь испачкать руки, а его насмешливый взгляд только подливал масла в огонь.

В конце концов, нас разняли.

Я задыхалась, руки тряслись от напряжения, а одежда была помята.

Но тут произошло то, чего я не ожидала.

В дверях появился Женя. Словно вихрь, он подлетел к нам и схватил Катю за шкирку, как котёнка, пресекая её попытку добраться до меня. Его глаза полыхали такой яростью, что даже мне стало страшно. Катя в его хватке сжалась, словно ощутила, что всё кончено.

– ХВАТИТ! – рявкнул Женя, его голос был холодным как лёд.

Она вздрогнула, и я увидела, как её взгляд метнулся вниз, не решаясь встретиться с его глазами.

Женя всё понимал.

Казалось, он знал всю правду, и Кате это стало сразу ясно.

– Ваня остаётся со мной, – сказал Женя, громко, так, чтобы все услышали. – Он мой сын, и я не позволю мучить его больше ни минуты.

Слова Жени резанули по живому.

Участковый сразу же отступил, не решаясь спорить. Люди вокруг, кто с интересом, кто с опаской, смотрели на нас, но никто не посмел возразить.

– А теперь всё дружным маршем на выход! – рыкнул мужчина, а потом повернулся на Максима. – А тебя… Чтобы я больше не видел рядом с Таней, это ясно?

– А что, если нет? – заносчиво пропищал этот таракан."

"– Не советую проверять, – угрожающе проговорил Женя и потащил на выход свою бывшую жену.

Я же, прижав к себе испуганного Ваню, засеменила следом.

Кажется, нас всех сейчас ждёт тяжёлый разговор… Глава 38

Таня.

Мы вошли в дом, и напряжение, словно густой туман, окутало комнату.

Ваня крепко держал меня за руку, и я ощущала, как он дрожит. Женя закрыл за нами дверь и, не отпуская руку Кати, потянул её в центр комнаты. Его лицо было суровым, глаза холодно смотрели прямо на неё.

Казалось, от этого взгляда она могла бы просто сгореть на месте, но Катя лишь глотала воздух, словно рыба, выброшенная на берег.