День «Б»

Спасибо англичанам за такой подарок! Что они скажут, когда узнают, что он, Хойзер, спас от неминуемой гибели в гестапо секретного британского агента?.. Может быть, тут же поволокут его на расстрел?.. Или наоборот, поблагодарят и предложат службу в рядах МИ-6?..

Пусть этот идиот Дауманн рыщет по лесу. Еще полчаса назад он был нужен Хойзеру, как никто, а теперь ему в принципе было все равно, чем закончатся поиски. Самое главное — один из англичан в его руках. И в нем теперь — его, Хойзера, личное спасение.

Эсэсовец решительно снял трубку телефона и попросил:"

"— Соедините меня с Берлином, VI управление Главного Управления Имперской безопасности.

— Несколько дней назад он получил чин бригадефюрера, — педантично поправил секретарь. — Соединяю.

— Да, благодарю вас, — смутился Хойзер. Он не знал этой новости.

«Лишь бы Шелленберг был на месте», — взволнованно думал он, постукивая пальцами по столешнице.

— Я слушаю, — раздался в трубке вальяжный, неспешный голос шефа германской разведки.

— Говорит оберштурмфюрер СС Хойзер, Минск, — представился Хойзер. — Хайль Гитлер, бригадефюрер! Разрешите поздравить вас с присвоением очередного чина…

— Есть информация? У меня мало времени, — не ответив на приветствие и поздравление, произнес Шелленберг.

— Так точно. Сегодня мной задержан английский разведчик, десантировавшийся с «Ланкастера» в тридцати километрах от Минска. Оказал сопротивление, при задержании ранен.

— С «Ланкастера»? — быстро переспросил Шелленберг. Хойзеру показалось, что голос шефа разведки был ошеломленным.

— Так точно.

— Что же им нужно, черт возьми?.. — обращаясь словно к самому себе, пробормотал Шелленберг и тут же спросил: — Допрашивали?!

— Никак нет.

— Отлично! — В голосе Шелленберга звучало неподдельное волнение. — Слушайте меня, Хойзер, берите самолет и немедленно вылетайте с этим британцем в Берлин. Поняли? Приказ о вашей командировке я пришлю сегодня же…

— Бригадефюрер, наша армия отступает, — осторожно напомнил Хойзер, — каждый самолет на счету.

— Хорошо, завтра самолет из Берлина будет у вас. И спасибо за службу, Хойзер!

— Хайль Гитлер! — снова произнес оберштурмфюрер и повесил трубку.

«Отлично, — ликуя, думал он, — Шелленберг клюнул, Шелленберг волнуется… Теперь главное — держаться за англичанина. Это мой козырь…»

* * *К полудню Ник окончательно пришел в себя. Голова по-прежнему болела адски, но по крайней мере соображать и передвигаться он мог.