Демон с ошибкой

 — За тобой приедут и помогут, а мне дожидаться их не с руки.

— Хорошо, — его покорность показалась мне страшно подозрительной, но крыть было нечем. Сама виновата, что потащила демона с собой. — Вот только как ты собираешься двигаться дальше в одном халате?

Хм. Об этом я не подумала. Действительно, как? Мне-то позвонить некому…

— Пока не знаю, — пришлось ответить честно. — Но что-нибудь непременно придумаю.

— Медок, у меня есть предложение, — он по-прежнему не поднимал веки, от чего создавалось впечатление разговора во сне.

— Какое? — Ох, чую, сейчас предложит что-то неприемлемое.

— Я не могу оставить тебя без средств к существованию в абсолютно незнакомом городе, да еще и напичканном охотниками.

— Ну уж смоги как-нибудь, — фыркнула я, мысленно, тем не менее, придерживаясь того же мнения.

— Давай так. Сейчас я тебе не опасен, рана будет заживать еще какое-то время, хоть и небольшое. Обещаю не делать никаких звонков, но ты пока останешься со мной. Мой дар убеждения поможет нам выжить и обзавестись хотя бы одеждой.

— Хочешь обречь меня на круглосуточную слежку за тем, как бы ты случайно не добрался до телефона, пока я сплю?

Вообще-то, несмотря на возражение, мне хотелось согласиться. Да и придется, наверное. Другого выхода все равно нет.

— Нет, не хочу, — совершенно серьезно отозвался он.

— Ладно, — решила я. — Попробуем. Но если замечу хоть малейший обман…

— Не заметишь.

— Кроме того, как только тебе полегчает в достаточной степени, наше соглашение автоматически расторгается.

— Договорились.

В голове мелькнула мысль — а не иду ли я на сделку с дьяволом? Ну да ладно, тем более, ситуация сейчас исключительная.

Мы просидели в гадких зарослях еще пару часов, а потом Гелиан с трудом сел и уставился на мои босые исцарапанные ступни.

— Больно? — Забавно, когда об этом спрашивает тяжело раненый человек. То есть демон.

— Терпимо, — буркнула я. Врала.

Он протянул мне ногу и выразительно кивнул на ботинок.

— Почистить? — Язвить не время, но это сильнее меня.

— Снимай и надень на себя, — да уж, самому ему с такой раной лучше не сгибаться в три погибели для развязывания шнурков. — Мои ноги крепче и не такие чувствительные.

— Я буду выглядеть, как дура.