Демон на одну ночь

Этот противник представился Габриэлю рыцарем в сияющих латах, снисходительно на него взирающим: мужчины в жизни главного токсиколога штата появляются и исчезают, а любовь к ядам и загадкам противоядий остаётся с ней навсегда. М-да, такого соперника нельзя было недооценивать! А поскольку удалить его из жизни колдуньи не представлялось делом правильным (и возможным), следовало прозрачно намекнуть ему на неизбежность совместного сосуществования. Каким образом намекнуть – Габриэль прекрасно знал.

– Не угадала: я прилетел не затем, чтоб унести тебя домой, – жизнерадостно пропел Габриэль, твёрдо намеренный остаться существенным элементом в жизни своей непостижимой дамы сердца.

– А зачем? – растерялась та, отвлекаясь от расчётов и вязи рун на своих листах.

– Затем, чтобы помочь расправиться с твоей загадкой и раскусить мою. – Габриэль выложил в чашку Петри замороженный шарик золотистого зелья."

"– Откуда взялось сие творение? – Глаза Аманды загорелись, вокруг шарика закрутились тёмные вихри ведьминских чар. Руки колдуньи сами собой потянулись за плотными перчатками, устойчивыми к большинству химических и даже химико-магических соединений. – Ого-го, какие сложные изящные плетения, будто сама верховная навертела! Предположения по назначению и составу зелья есть? Нет? Тогда быстро выяснить, что это за снадобье, не удастся.

– Выплюнул после того, как был вынужден выпить из бокала в целях сохранения репутации сильного бесстрашного монстра, – объяснил Габриэль, с любопытством рассматривая разнокалиберные флаконы, колбы и пробирки, уставившие столы общей токсикологической лаборатории.

– Тебя пыталис-сссь опоить этим з-ззельем?! – Шипение разъярившейся ведьмы разнеслось по всем углам.

– Прости за плохую весть, но подлила его как раз таки верховная ведьма, – сказал Габриэль.

Лицо его женщины ошеломлённо вытянулось, а потом в её глазах забрезжила некая догадка...