Дело об оборотной стороне медали

Адвокат повесил трубку и задумчиво почесал подбородок.

Позади него раздалось шевеление.

Мейсон резко повернулся. Пленный убийца дернулся, не приходя в сознание, и снова затих. Мейсон подошел к нему. Плащ раненого уже пропитался кровью. Мейсон быстро ослабил на нем галстук, расстегнул жилет и рубашку, оторвав в спешке несколько пуговиц – впрочем, он и не старался действовать аккуратно. Пуля попала в правое предплечье гангстера и рана не должна быть смертельной. Но крови вытекло много. Мейсон прошел к аптечке и достал нашатырь.

Взяв в руку свой револьвер, он поставил рядом с дверью второй стул, сел и поднес флакончик к носу убийцы.

– Доброе утро, приятель, просыпайся.

Убийца отпрянул от флакончика, открыл глаза и увидел чисто выбритого, одетого адвоката с револьвером в руке. Он пытался дернуться, но рана позволила лишь слабо взбрыкнуть. К тому же, ремень держал крепко.

– У меня есть несколько вопросов, – сказал Мейсон, – и совершенно нет времени.

– Ты не убьешь меня, – сказал пленный с трудом ворочая языком.

– Хочешь проверить? – усмехнулся адвокат и кивнул в коридор: – Посмотри на своего дружка.

Мужчина облизал губы и с трудом повернул голову.

– Закон на моей стороне, – сказал адвокат. – А тебе решать – лежать рядом с ним или отвечать на мои вопросы.

– Ты не убьешь меня, – с некоторой неуверенностью сказал бандит. – То была самооборона, а выпустить пулю в связанного и беспомощного человека ты не сможешь.

– Хорошо, – усмехнулся Мейсон, вставая. – Пусть будет так.

Ты прав. Я не буду нажимать курок. Даю тебе ровно минуту на размышление. Потом спокойно ухожу завтракать и затем отправлюсь в контору. Где-то к обеду я вспомню об этом незначительном утреннем происшествии и позвоню в полицию. Как ты думаешь, сколь долго вытекает кровь из такой раны и можно ли умереть от потери крови?

Пленный дернулся, чтобы встать и лишь застонал от боли. Адвокат демонстративно отвернулся к окну и закурил.

Начинало светать.

– Черт, ваша взяла, – после очень непродолжительного размышления ответил бандит.

 – Все равно умирать, а так… Ведь ни в вас, ни в вашу секретаршу я не попал, по суду мне только попытку припишут… Правда ведь, вы адвокат и должны знать? Мне грозит газовая камера?

– _Я_, – медленно и четко произнес Мейсон, – _н_е _С_у_д П_р_и_с_я_ж_н_ы_х_. Я могу говорить только за себя.

– Ладно, все равно, – с трудом проговорил раненый. – Дайте пить… И задавайте свои вопросы…

Мейсон сходил на кухню и налил стакан воды.