Дело о дневнике загорающей

– Вы лечите его и сейчас, если обратится?

– Да, сэр.

– Спасибо, доктор. У меня все.

Председательствующий посмотрел на обвинителя:

– Еще вопросы?

– Нет вопросов, ваша честь.

– Приглашайте следующего свидетеля.

– Мой следующий свидетель – Перри Мейсон. – Гамильтон Бергер мрачно посмотрел на адвоката.

Мейсон немедленно встал, прошел на место свидетеля, поднял правую руку и повторил слова присяги.

– Прежде всего я спрашиваю вас, где вы взяли тот документ?

– Какой документ?

– Список номеров денежных банкнотов из числа пяти тысяч долларов, приготовленных для выдачи вымогателю.

У вас не было абсолютно никакой возможности получить этот список.

– Но раз у меня не было абсолютно никакой возможности его получить, то само собой напрашивается вывод, что его у меня нет.

– Нет, он у вас есть. Это те самые номера, я видел.

– Откуда вам известно? Вы их проверили?

– Я проверил те номера, что имеются у меня. Этот список является настолько секретной информацией, что руководитель местного отделения ФБР отказался дать их даже мне.

– Тогда позвольте мне, господин окружной прокурор, – Мейсон был сама учтивость, – вручить вам фотоснимок номеров, которые вы не смогли получить от ФБР. Одну фотографию я попросил сделать специально для вас.

Не скрывая, да и не желая скрывать комической торжественности момента, Мейсон подошел к столу окружного прокурора и отдал ему в руки карточку размером одиннадцать на четырнадцать.

– Но вы не ответили на вопрос, – не мог успокоиться Гамильтон Бергер, – где вы это взяли?

– Этот вопрос, мистер Бергер, я отклоняю.

Отклоняю на том основании, что вы требуете раскрыть сведения, не подлежащие оглашению. То, чего вы требуете, несущественно, неправообоснованно и не имеет отношения к делу. Идет слушание дела против Арлен Дюваль по обвинению ее в убийстве, а не в похищении денег, которые, как считается, украл из бронированного автомобиля «Меркантайл секьюрити» ее отец."

"Сказав это, Мейсон сложил на груди руки, снисходительно улыбаясь, вернулся к свидетельской стойке и спокойно занял то же положение, что и раньше.

– Ах да, как это я мог забыть, – с ехидцей заметил Бергер, – что противостоящий мне защитник – отъявленный буквоед. Чтобы защитить себя, он готов перепроверить каждую запятую в Уголовном кодексе и будет листать его, пока не протрет дыру. Но я отступать не намерен, и суд услышит факты, которые я считаю имеющими отношение к разбираемому делу.