Дело незадачливого жениха. Дело сердитой плакальшицы. Дело блондинки с подбитым глазом

Мейсон сказал:

— Это может оказаться более серьезным делом, нежели вы думаете.

— Видимо, так оно и есть. Мне нравится эта девушка. Она проявила интерес к тому, что она читала, читала с выражением. Очень многие платные чтецы так монотонно выполняют свою работу, что, слушая их, просто засыпаешь от их голоса. Это похоже на то, как будто летишь далеко на самолете и пытаешься не заснуть от издаваемого двигателями звука. Ну, что ж, вот моя жена и мой пасынок.

Мейсон встал, чтобы поздороваться с женщиной и молодым человеком.

На лице госпожи Барстлер было ледяное выражение. Ее кожа, волосы и фигура указывали на то, что им уделяется должное внимание. Она выглядела, как женщина тридцати пяти лет, которая уверена в том, что другие считают, будто ей лет двадцать восемь. Казалось просто невероятным, что стоящий рядом с ней молодой человек является ее сыном. Карл Фредч оказался стройным молодым человеком с темными волосами и с ухоженными баками, спускавшимися где-то на дюйм ниже крайней точки уха, что соответствовало наилучшей голливудской манере.

Затем, когда все расселись, он сразу же приступил к делу.

— Перри Мейсон, — сказал Барстлер, — нанят Дайаной Риджис. Судя по всему, она считает, что ее выбросили, выгнали из дома недостаточно одетой и в унизительных обстоятельствах. Что вы знаете об этом?

Госпожа Барстлер достаточно холодно заметила, причем без всякого выражения на лице:

— Мы знаем все об этом.

— Хорошо. Так что же? — спросил Барстлер.

— Расскажи ему, Карл.

На лице Карла появилась гримаса неудовольствия.

— Я предпочел бы не обсуждать это.

— Ты же знаешь факты, Карл.

— Но она же женщина, мама. Тебе не кажется, что лучше, если женщину будет обсуждать другая женщина?

— Ну, что же, — сказала госпожа Барстлер, — во-первых, этой девушке никогда не следовало бы наниматься на работу к нам. Насколько я понимаю, она была актрисой.

— Все это не является причиной для того, чтобы не дать ей две недели на сборы и не уволить ее цивилизованным образом, — тихо сказал Барстлер.

С чувством холодного достоинства его жена продолжала:

— Я боялась, что она может чувствовать себя одинокой. Я предложила Карлу, чтобы он уделил ей немножко внимания. Карл пригласил ее на ужин.