Дело незадачливого жениха. Дело сердитой плакальшицы. Дело блондинки с подбитым глазом

Что ваш муж сказал вам такого, что вы поднялись с кровати, чтобы посмотреть на коттедж Кашинга?

— Он сказал мне, что слышал звон разбитого стекла и что-то похожее на выстрел. Он сказал, что поднялся и посмотрел, но ничего не увидел.

— А вы не слышали этого?

— Нет, сэр. Я крепко сплю, а Сэм спит чутко.

— Но встали, чтобы посмотреть?

— Да, я хотела знать, в чем дело.

— Это у вас такая привычка?

— Ну, иногда мы и раньше смотрели. То окно видно только из нашего коттеджа. Артур Кашинг редко опускал штору, ну и…

— И что же вы видели раньше? — спросил Мейсон.

— Отвожу вопрос, как не имеющий значения и отношения к делу, — заявил Дарвин Хейл.

— Принято, — сказал судья Норвуд.

— А в последний раз вы увидели Белл Эдриан, обвиняемую?

— Да, сэр.

— Вы видели еще кого-нибудь?

— Нет, сэр.

— Вам было видно, что она делает?

— Я видела, как она остановилась, будто что-то поднимая, а потом один-два раза прошла мимо окна.

— Вы не видели, у нее не двигались губы, будто она с кем-то говорила?

— Нет, сэр.

— Больше никого не видели?

— Нет, сэр.

— А что потом?

— Заметив, что окно выбито, я заставила мужа пойти туда посмотреть, в чем дело. Он нашел…

— Вам неизвестно, что он обнаружил, не так ли?

— Ну, он сказал мне.

— Думаю, будет лучше, если он сам об этом расскажет. У меня все, миссис Баррис. Спасибо большое. Я просто хотел прояснить ситуацию.

— Это все ваши вопросы? — осведомился Ивс.

— Да, все.

— Хорошо, — сказал окружной судья. — Сейчас я вызову для дачи показаний мистера Сэма Барриса.

— Вам не нужно учить суд делопроизводству, — заметил судья Норвуд. — Думаю, суду знакомы законы, господин окружной судья. Давайте, продолжайте и излагайте суть дела.

— Хорошо, ваша честь. Я хотел объяснить, почему я не излагаю сразу все, чем располагаю.

— Вы должны сообщить нам достаточно для того, чтобы осудить обвиняемую, либо она не будет осуждена.

— Не беспокойтесь, — зловеще сказал обвинитель. — Я сделаю все, что надо.

— Вы, кажется, из тех, кто вносит беспорядок, — сказал судья Норвуд. — Суду хорошо известны законы, и мы знаем, что вы знаете, что суду хорошо известны законы.