Делирий

– Как обезличить доступ?! Говорите!

– Сброс… личных параметров… – Слова давались Поводырю с большим трудом, было видно, что он на грани отключения, – сиштха сиим уффа х-ханн наа…

– По-русски!

– Мысленный приказ…

– Нейтрализуйте личный код доступа!

Кочевник снова остекленел.

– Выполнять! – рявкнул Ылтыын.

Фурсенюк вздрогнул, второй раз на мгновение превращаясь в зеленокожую рептилию с человеческими чертами лица. Крестообразные зрачки его увеличились, заполняя чуть ли не всю радужку глаз.

– Муун яшшл тии ссошши…

– По-русски!

– Я сделал…

– Никаких сюрпризов не оставил?!

– Нет…

– А Генеральный Поводырь ничего не готовит коварного?

– У него унц…

– Что?!

– Киб защиты…

– Как он выглядит?!

– Он может принимать любую форму…

«Роман Евлампиевич, – возник в голове бестелесный голос Олега Харитоновича, – быстро на корму! „Мир“ ушёл под воду, но он, судя по всему, заминирован!»

Роман сунул ремень Фурсенюка Ылтыыну.

– Береги как зеницу ока! Он сейчас сорвётся с катушек, поэтому лучше всего свяжите гада.

– Ты куда?

– Наверх, Харитоныч сказал, что «Мир» заминирован.

– Я за тобой.

Роман выскочил из каюты, жестом показал подсунувшемуся Афанасию на дверь:

– Помоги ему."

"В коридоре лежали на полу пять тел: парни в штатском и связанные телохранители Фурсенюка, в том числе и референт министра. Её лицо было изуродовано выстрелом в упор, хотя при этом из раны вытекала не кровь, а светло-зелёная жидкость. Пятеро парней в масках и два матроса приглядывали за лежащими, направив на них стволы пистолетов-пулеметов.

– Киборг, бля, – криво усмехнулся Афанасий, кивнув на женщину. – Пришлось стрелять, она уложила двух наших.

– Осторожнее с министром, он фрустирован, но непредсказуем!

– Разберёмся.

Роман метнулся по коридору к лестнице, однако ему дорогу преградили два матроса. Один был вооружён ножом, второй самым настоящим гарпуном. Глаза у обоих были мутные, о т к л ю ч ё н н ы е.

Роман рассчитал атаку, подумав: не позвать ли на помощь Алтына? – но его опередили.

Мимо промчались два парня из тех, что связывали телохранителей министра, и уложили матросов в течение двух секунд, не применяя своего более серьёзного оружия.

– Спасибо!

Роман выскочил на палубу.

Здесь царила тишь да гладь, да божья благодать.

«Мир» уходил в глубину озера. За ним наблюдали с кормы два десятка человек. Матросы на лодках опускали вслед за аппаратом какие-то приборы. Парни в штатском стояли вдоль бортов, неподвижные как статуи.