Делирий

– Щас к тебе берег сам приедет, – пообещал майор.

Афанасий вызвал Михеева.

– Где вы? – спросил полковник.

– В пяти кабельтовых от базы.

– Будем минут через двадцать.

– Милиция грозится применить оружие.

– Какая, к чёрту, милиция?

– Два штымпа в форме, лейтенант и сержант. Фамилия лейтенанта Симанчук.

– Дай рацию старшему.

– Лови. – Афанасий бросил худому рацию, сделанную в форме браслета.

Лейтенант с трудом поймал её, толкнув напарника в плечо так, что тот уронил мегафон в воду.

– Вот б…ь! – выругался сержант.

– Лови, хватай за ремешок!

– Поговори с начальством, – сказал Афанасий.

Лейтенант поднёс рацию к уху. Что он услышал, осталось неизвестным, но глаза у него полезли на лоб, стали как плошки, на лбу выступила испарина.

– Хто?! – переспросил он удивлённо. – А-а… понял, товарищ полковник… Симанчук моя фа… лейтенан… ага, понял, слушаюсь!

Он сглотнул, вытер дрожащей рукой пот на лбу, протянул рацию Афанасию, будто они стояли рядом.

– Велено передать… звиняйте…

– Бросай, – сказал Шаймиев.

Лейтенант неловко бросил. Теперь уже Шаймиеву пришлось проявлять чудеса эквилибристики, чтобы поймать браслет и не свалиться в воду.

– Прошу удалиться, – сказал Афанасий. – И как можно быстрей.

– Да, сичас, мы уже. – Худой завертел над головой кулаком.

Катер заворчал, отвалил вправо и резво побежал прочь от катера экстрасенсов и теплохода экспедиции.

– Интересно, что он им сказал? – задумчиво произнёс Шаймиев, имея в виду Михеева.

Афанасий поднёс рацию к уху.

– Василич, спасибо, всё в порядке.

– Работайте, – донёсся голос полковника.

Джокер поймал взгляд Вьюгина, скрылся в салоне."

"– А ведь их кто-то послал специально. – Шаймиев пригладил волосы на макушке. – Кто мог знать из береговой милиции, что мы прибыли на базу для непростой миссии? Их ведь и послали сюда, чтобы убедиться: мы уже здесь. Или я усложняю?

– Разберёмся, – проворчал Афанасий, вдруг подумав, что без помощи Ромы Волкова их миссия провалится.

2

Жизнь Фирдоуза Адольфовича Калкаманова с виду ничем не отличалась от жизни таких же знаменитых людей: артистов, певцов и дирижёров. Он бывал в ресторанах, встречался с журналистами, отдыхал на известных своими экзотическими особенностями островах, летал на самолётах, спал и ел. И все это видели.

С другой стороны, Фирдоуси – как его звали в театральном мире и в шоу-бизнесе, – был рептилоидом, и тайная жизнь его подчинялась совсем другим законам.