Действуй, жена!

Прислоняю металлическую палку к стене, и понимаю очевидное — она до окна не дотягивается. Нужна подставка. Ногой я переворачиваю пустую корзинку для бумаг и на нее как знамя пока водружаю свой опознавательный знак. Теперь дело за малым. Нужно дождаться, когда сестра проверит почту и поднимет на уши половину земного шара. А там глядишь, взрывная волна докатится и до Воскобойникова. Он наденет сверкающие доспехи, сядет на верного коня и поскачет меня спасать. А до этого момента я просто обязана продержаться.

Комнату постепенно застилает мгла. И я, включив везде освещение, в изнеможении падаю на диван. Чувствую, как меня пробирает озноб. От нервов или отсутствия отопления.

«Я так просто не дамся, сучонок», — думаю я, кутаясь в куртку, натягиваю на глаза капюшон. Любимый пуховичок пахнет моими духами и совсем чуть-чуть — Лехиным одеколоном. Этот волшебный микс дарит ощущение дома и вселяет уверенность. И я, дав волю слезам, утыкаюсь носом в стеганую ткань и скулю жалобно.

— Лешенька, умоляю, спаси нас!

И как только я проваливаюсь в зыбкий живительный сон, перед глазами появляется яркая картинка.

От неожиданности меня обдает жаром и подбрасывает с дивана.

«Я знаю, кто ты, — обращаясь к портье, шепчу я мстительно. — Теперь осталось разобраться, почему ты так уверен, мальчик, в моем бесплодии».

Глава 18

Леша"

"«Вот она, первая ссора! — думаю я по дороге в больницу. Наверное, виноват сам. У Киры гормоны шалят, а я вместо того, чтобы отделаться шуткой, сгустил краски.

Обиделся, как последний придурок.

Тянусь за айфоном, звоню жене. Но в ответ слышу лишь длинные протяжные гудки. Чувствую, как в душу сначала закрадывается беспокойство, а за ним на липких лапах вползает паника.

«Ну, вышла куда-то, легла спать… нефиг гнать волну, — рыкаю я мысленно. Но через минуту-другую снова перезваниваю жене.

— Шакира, девочка, хватит дуться. Ответь, милая, — бурчу я, понимая, что кое-кто меня просто динамит. Или нет?

«Не паникуй, Леха, — уговариваю сам себя и на автопилоте останавливаюсь около цветочной лавки.

Покупаю самый красивый букет и пытаюсь подумать о состоянии матери. Но, видимо, я плохой сын, раз все мои мысли закручены на жене.

Но моя боевая подруга, скорее всего, сильно обиделась, раз до сих пор не ответила. Делаю над собой усилие и вместо Киры звоню доктору Арефьеву, наблюдающему мать долгие годы.

— Что там произошло, Виктор Анатольевич? — спрашиваю я, боясь услышать самое страшное.