Декрет для Ягодки

– Мам, ты плачешь? – выплывая из собственного мира, я понял, что крайне расстроил женщину.

– Прости, сынок, – она снова громко шмыгнула носом. – Просто ты со мной таким откровенным был в последний раз лет в девять. Прости, я знаю, что сама виновата. Совсем тобой не занималась – муж, карьера и столько возможностей для развития моего творчества.

Да, живопись заменила ей меня. Мне не повезло, мама писала в основном пейзажи, так что я даже в качестве натуры не подходил.

– Мам, прекрати. Так сложилось, чего теперь… Сама меня учишь отпускать прошлое.

– Охх, Владик! Ты не представляешь, как я надеюсь на Миру. Я на всё готова, лишь бы она сделала тебя счастливым. Каждый день молю бога, чтобы то, что я не смогла, вышло у неё.

– Ну ты же потом попыталась всё исправить.

– Ох, да, Влад. Лучше бы и дальше свои картины писала.

На душе было так тяжело, что хотелось волком выть. Мы с моей родительницей столько дерьма настряпали, а теперь везём этот груз по жизни.

– Я уже давно не виню тебя, но прошлое не изменить.

Женщина моя даже усмехнулась сквозь всхлипы и шмыганье.

– Спасибо, сын. И я всё поняла. Постараюсь всю нашу заботливую родню взять на себя. Ты только хоть иногда сообщай о своих делах.

– Хорошо. Костика там займи чем-нибудь.

– Ага. У меня давление снова поднимется. Поедем на озёра мои любимые.

– Договорились. Я буду на связи. Не переживай.

– Спасибо, мой милый, – и, снова ударяясь в плач, отключилась.

Убрал телефон в задний карман брюк, чувствуя что-то сродни облегчению.

– И кто такая эта Клава?

Тихий и уверенный голос Ягодки буквально разрезал тишину ванной комнаты.

Слегка повернул голову в сторону, разглядывая женский силуэт через зеркальное отражение. Спокойная как удав она подпирала плечом дверной проём. О недавней слабости говорила только чрезмерная бледность её лица, тут даже испанский загар не помогал.

– Клавдия – моя жена.

Она усмехнулась, продолжая смотреть на меня в упор. И я знал у неё этот взгляд, когда противнику Берсеньевой в случае неправильного ответа лучше сторониться.

Можно было бы и соврать, но желание расставить грёбанные точки стало в приоритете.

– Так значит ты женат?

А вот и вопрос.

– Не совсем. Я вдовец."

"Глава 35"

"Владислав

Сейчас она уйдет.