Дегустация волшебства

 – В самом деле: пускай подруги во весь голос твердят, что эта шляпка вам безумно идет, что вы должны ее носить как можно чаще, зеркало не станет врать и покажет вам, что шляпка эта вас простит, и выглядите вы в ней, как замученная непосильной работой поденщица с картины Сезанна.

Гоша очень сомневался, что княжна знала, кто такой Сезанн, но сравнение с поденщицей ей не понравилось.

– Пусть влюбленный мужчина уверяет вас, что вы свежи и прекрасны, как утренняя роза, возможно, он и сам в это верит. Но зеркало-то не станет врать и вовремя предупредит вас, что следует отменить спиртное поздно вечером и сигареты рано утром.

– Я вообще не курю, – холодно заметила Елизавета Андреевна. – Так что у вас там было третьим пунктом?

– Третьим пунктом было зеркало как произведение искусства.

Гоша подошел к ней, взял под руку и подвел к зеркалу.

– Мадам, – торжественно начал он, – позвольте сказать, что произведением искусства это зеркало можно считать только в одном случае: когда в нем отражаетесь вы. Поглядите же в зеркало: то, что оно в данный момент отражает – это образец совершенства.

Елизавета Андреевна засмеялась:

– Вы – дамский угодник! Но кто только что говорил про поденщицу?

– Боже! – в притворном ужасе Гоша замахал руками. – Неужели вы могли подумать, что я вас имел в виду? Вы же сами просили вас развлечь разговорами… Разрешите заметить, что зеркало долго будет вашим другом, и еще долго-долго вы сможете подходить к нему без страха увидеть, как красота ваша померкла…

Гоша взял ее руку и поцеловал.

«Влип! – подумал Гоша. – Теперь точно никакого разговора не получится. Хоть бы ноги унести…»

Однако Елизавета Андреевна ничуть не смутилась. Она мягко отняла у Гоши руку и подошла к Каримову.

– Ах, Равиль! Ты опоздал… Разреши тебе представить Георгия Фиолетова, это мой друг… Гоша работает в Эрмитаже, и очень интересно рассказывал сейчас о зеркалах.

Каримов пожал протянутую Гошину руку и пробурчал что-то невразумительное.

– Я вас ненадолго оставлю, господа! – Мнимая княжна исчезла за дверью.

– О чем же вы хотели со мной побеседовать? – Каримов смотрел на Гошу с плохо скрытой неприязнью.

– Я знаю, какую картину вы хотите купить через посредничество Мусы, – начал Фиолетов, бросившись в разговор, как в омут.