Давай сыграем в любовь (СИ)

На ней платье чуть выше колен серебристого цвета, обшитое разными блестящими нитями. Интересно, она любовница того мужика под пятьдесят?

— Черт, — ругается Соболев. И прежде чем я успеваю разглядеть, во что одета его мать, и ответно помахать ей приветливым жестом, Руслан совершает максимально неожиданный поступок.

Он придвигается ближе, я почему-то интуитивно сжимаю ткань юбки в кулак. От него исходит приятный аромат с нотками цитруса, и действует на меня словно отвлекающий маневр. Руслан дотрагивается до моего подбородка, заставляя поднять голову.

И нет, это совсем не чмок, какой можно было бы дать на публику. Его язык проталкивается мне в рот, встречается с моим, и наше дыхание переплетается. Сердце у меня пропускает удар, я даже не сразу соображаю, что мы целуемся. Несмотря на грубость, поцелуй выходит довольно мягкий. Он вызывает у меня непонятные ощущения, я их толком не могу считать.

Мозг, правда, быстро дает команду «стоп». И в тот момент, когда пальцы Руслана дотрагиваются до моих ключиц, каким-то уж больно игривым, ласковым жестом, я резко отталкиваю его, ударив в плечи парня ладонями.

Он отстраняется, и я, разгоряченная задетым самолюбием, тем, что мое слово для Соболева гроша ломаного не стоит, замахиваюсь и даю ему звонкую пощечину. При всех. Несмотря на взгляды, которые вмиг привязываются к нам. Несмотря на музыку, которая, кажется, затихает вместе с голосами. Меня трясет, злость закипает по венам, до того чувствую себя унизительно.

Для Руслана я не человек даже, кукла, которую он вытащил при нужных обстоятельствах. Да, мы друг друга ненавидим с самого начала знакомства, да, у него есть на меня компромат, да, может, я не ангел, и сама во многом виновата, но вести себя так со мной не позволю.

Соболев почему-то молчит, в глазах его читается удивление вперемешку с яростью, да такой лютой, что впору убегать. Что я собственно и делаю: разворачиваюсь и стремительно ухожу.

"Иду по залу, стук каблуков смешался с гулом моего сердца. Стараюсь не смотреть на людей, которые наблюдают за мной. Господи, я никогда не была будто под камерами телешоу. Отвратительное чувство, аж ладони от нервов потеют. У входа еще и ногу умудряюсь подвернуть на этих чертовых каблуках огромного размера. Какой-то парень, стоящий неподалеку, открыто усмехается с меня, и мне жуть как хочется показать ему средний палец. Но держусь… и так хватит концерта.