Дарующий мир

– Боже мой! Как же я люблю семью. Однозначно, самое лучшее, что могло со мной приключиться, - не без доли сарказма произнёс он. – Ты случаем с собой Рому не прихватил? А то вдруг он сейчас из-за угла выпрыгнет, а я не при параде.

-Вот поэтому дверь закрой! – хмыкнула Вера, появившаяся в коридоре, кутаясь в большой махровый халат. – Ещё не весь подъезд успел оценить твой шикарный зад!

И да, Стас действительно всё ещё стоял на пороге с открытой дверью в одних трусах.

-А мне стыдиться нечего, - парировал он, но дверь всё-таки прикрыл.

Я выпрямился, прекращая тискать пса, и Вера чмокнула меня в щёку.

-Ты насчёт завтрака не шутил? Если спасёшь нас от голодной смерти, то я даже готова отпустить с тобой Стаса на весь день.

-Сомнительная награда, - покачал головой. – Меняю общество Стаса на тебя!

-Идёт! – легко согласилась она, расплываясь в лукавой улыбке.

-Эй, вообще-то я всё слышу! – напомнил о себе брат."

"-А ты лучше оденься и собаку выгуляй, - выдала ему ц/у Вера. – Впрочем, можешь и не одеваться.

Тебе же нечего стыдиться, - передразнила она его и скрылась в комнате, Чернов последовал за ней, продолжая шуточно ворчать на весь мир. Я же отправился на кухню в компании Бони, выгружать из рюкзака купленные продукты.

Пока я возился на кухне, эти двое успели умыться, переодеться и поругаться на тему, кому выгуливать собаку. Легенда гласила, что была очередь Веры, но та встала в позу и всеми доступными ей методами выпнула-таки Стаса на улицу. Поэтому тот был хмур и недоволен, из-за чего даже Бонифаций засомневался, а надо ли ему выгуливать себя в компании невыспавшегося хозяина.

Но Вера была на то и Вера, что только от одного взмаха её ресниц мой брат превращался в кисель, готовый на всё, и, получив заигрывающий поцелуй в губы, он неожиданно просветлел и, подхватив собаку под мышку, уже вполне спокойно вышел в подъезд.

Обычно мне нравилось за ними наблюдать, было в этом что-то трогательно-милое, и я искренне был рад за них, даже несмотря на те трудности, с которыми обоим приходилось справляться.

Но сегодня вместо привычного ощущения душевного тепла во мне вдруг проснулись… зависть и вымученная беспомощность. С чувством полоснув по огурцу, который до этого старательно резал, проехался по пальцу.

Выматерился, прикусив место пореза, со злостью отбросив нож. Во рту появился металлический вкус крови.

-Держи, - протянула мне салфетки неизвестно откуда взявшаяся рядом Вера.