Дар Гробовщика

Она надеялась, что они были настолько самодовольными, чтобы не понять, что трупов Винни и Гиллиан было недостаточно, чтобы испугать её.

Гвен подняла фонарик и направила его в черноту теней. Свет упал на гладкую стеклянную стену, заляпанную жирными пятнами и полосами водорослей. Это было чем-то вроде резервуара или контейнера. Длинный и низкий.

Как похоронный гроб.

Луч света нашёл чистый участок на стекле. Сначала нельзя было разглядеть ничего, кроме темноты за ним. Гроб казался пустым.

Но потом что-то зашевелилось внутри.

Она не закричала. Просто не могла. Звук умер внутри её горла, задушенный страхом.

Глава тридцать седьмая

Пулемёт Стен[6] был крепко зажат в руке Джека, когда он достиг основания первого лестничного пролёта, ведущего вниз к склепам Чёрного Дома. Его глаза впивались точно во тьму, но место было безлюдным.

— Прямо как в могиле, — отметил Йанто, присоединяясь к нему.

— Ты как, справляешься? — мягко спросил его Джек.

— Бывало и лучше, — признался Йанто. Он держал Heckler & Koch MP5[7], и автомат выглядел тяжёлым в его руках. Ремень от оружия врезался в кость на его плече и кожу на шее, которая была такой же белой, как и воротник рубашки.

— Я не смогу сделать это в одиночку, — тихо сказал ему Джек, — просто следуй за мной и прикрывай сзади, хорошо?

— Хорошо.

Джек двинулся вперёд и мгновенно был поглощён тенями. Обильно потея, Йанто последовал за ним.

Когда они совсем перестали что-либо видеть, Джек и Йанто решили включить фонари. Фонарь Йанто был пристёгнут к дулу его MP5, а Джек нёс свой в одной руке, а оружие в другой.

— Ожидается много этих персонажей? — поинтересовался Йанто.

Джек понизил голос до шёпота.

— Я не знаю. Но вспомни, что сказал Гарольд. Уже Мёртвые — это солдаты-самоубийцы.

Они продолжили свой путь дальше по узкому проходу и наткнулись на очередной лестничный пролёт. Внезапно что-то выступило из тьмы, гуманоид в длинном оборванном плаще. Стен Джека издал оглушительный грохот, и фигура отлетела назад со злобным рычанием.

Джек преодолел все оставшиеся ступени, когда существо поднялось на ноги.