Дань для палача

Она слушается, веду ее обратно в гостиную, вместе ложимся на диван, Влада устраивается на моей груди, под ладонью ее шелковистые волосы, хрупкая, теплая, как котенок.

— Он нас всех убьет?

— Кто?

— Минаев.

— Нет, его быстрее сожрут черви, обещаю, крошка.

Глава 31. Влада

Проснулась одна и в незнакомом помещении. Тело затекло, диван узкий, твердый, помню, как пришла в эту комнату к Данилу ночью, как он уложил меня рядом и сказал, что нужно спать.

Солнце уже пробивалось лучами сквозь красивые белые шторы, узорная тень падала на паркетный пол.

Села, огляделась по сторонам, вчера так и не поняла, где нахожусь, была такая внутренняя истерика, словно энергия, скопившаяся в горячий шар внутри меня, лопнула. Потекли слезы, а потом просто уснула.

Да, я думала, что тот день, когда Сафин меня украл, будет самым запоминающимся и ужасным днем моей жизни. Но оказалось, что он был вчера, и неизвестно, что будет дальше.

Если Минаев так уверен в своей безнаказанности, обладая безграничной властью, и его не остановило даже то, что это был день, вокруг были люди, то он наверняка может вытворять что угодно и вновь повторить попытку моего похищения.

И что за странная блажь?

Больной какой-то. Вячеслав никогда не приставал, не проявлял себя, да, был некий интерес, но я списывала его на простое участие по-родственному.

Его жена удивила не меньше.

Они стоят друг друга.

Алчная сука и самоуверенный мерзавец.

Идеальная пара.

— Вы уже проснулись?

— Да, Михаил Робертович, а где Данил?

— Я вам все расскажу, но для начала водные процедуры и завтрак, я вас жду, все принадлежности вы найдете в ванной.

Старый адвокат заглянул и тут же пропал, он очень милый: седые, зачесанные назад волосы, сам невысокий, худощавый, с аккуратной бородкой, но цепким взглядом под толстой оправой очков.

Значит, Данилы нет дома.

Прошлась по комнате, рассматривая фотографии, они, как и все здесь, были из прошлого века. Тяжелые рамки, в них пожелтевшие черно-белые снимки красивой женщины и мужчины.

Кое-где они были молодыми, а где-то уже старше — подтянутые, в туристическом походе, на море и горных лыжах, потом старше, но такие же счастливые и влюбленные. Михаил Робертович и его дама сердца, я бы сказала так, потому что даже с этих старых снимков время не стерло их любовь.

В ванной с тоской посмотрела на свой внешний вид, мятую футболку, испачканные в крови и кофе светлые брюки и заплаканные глаза.