Дань для палача

— Ты на самом деле убил?

Молчит, вот сейчас он серьезный, совсем другой, без налета пошлости и наглости, без шуток. Словно в нем что-то переключилось, перемкнуло, это тоже не совсем нормально.

— Пойдем, это быстро.

— Может быть, я подожду тебя?

— Нет, пойдем.

Данил, выйдя из машины, оглядывается по сторонам, берет за руку, заходим в отделение полиции, я никогда раньше не была в подобных местах. Много народу, в углу крики и мат, двое пьяных спят на лавках, ярко накрашенная девица спорит с дежурным, провожая нас взглядом.

— Доброго дня не желаю, галочку там поставьте где надо, что Сафин отметился.

Мы прошли по коридору, зашли в первый кабинет, там было двое мужчин в форме, один — толстый и круглолицый — улыбнулся, но так мерзко, мне не понравилось.

— Сафин, а ты вовремя, время нам сэкономил, ребят вызывать не нужно за тобой.

— Я ваших ребят не приглашал.

— А вот у нас к тебе вопросы.

— Я на все ответил.

— А кто эта милая девушка? Вы вообще в курсе, с кем стоите за ручку? Что совершил данный гражданин?

— Сергей Ильич, завязывай.

Было видно, что Сафину не нравится этот жирный мужик и то, как он разговаривает с нами.

— А я расскажу, прекрасная девушка, так сказать, для кругозора и для возможности подумать своей прекрасной головкой. Он человека убил, да, прям вот своими руками, взял нож и всадил его в друга своего. Хладнокровно и жестоко, а потом прикинулся, что ничего не помнит, вот совсем ничего, отшибло разом память.

Вижу, как Сафин начинает закипать, как хочет отпустить меня, но я не даю, сжимая его пальцы со всей силой, что у меня есть."

"— А вы представляете, знаю. И Данил понес наказание, как у вас говорится: «От звонка до звонка», так? И не надо меня стращать.

Мужик причмокнул полными губами, почесал подбородок.

— Решетников, — он обратился к своему коллеге, что все это время сидел молча и слушал нас.

— Данил Константинович, где вы были в ночь с двадцать девятого на тридцатое мая этого года?

— Дома у себя был, бухал.

— Это может кто-то подтвердить?

— Нет.

— Я могу, — вырвалось само, потому что я помню эту ночь.

— Что ж вы, девушка, не разобравшись, может быть, прикрываете убийцу?

— А что, собственно говоря, произошло? — Сафин уже спокоен, держит меня за руку.